Пограничье

   Ангелина сухо сглотнула и облизала вмиг пересохшие губы, проклиная себя за несдержанность.

   — Я могу говорить только о том, что напрямую касается моей семьи, — директор с видимым сожалением опустил тонкую руку на стол. — Мне нужно было подтолкнуть расследование моего юного друга в этом направлении... Вы понимаете, в каком именно?

   — Думаю, что понимаю... — профессор Фасолаки вороватым движением спрятала под стол обе свои руки. — Это... Это касается... м-м-м... Призрачных демонов?

   — Вам очень идет традиционный русалочий наряд.

   Внезапная смена темы разговора заставила нового профессора Школы Добра недоуменно моргнуть и слегка порозоветь под нескромным директорским взглядом, скользящим по краю глубокого треугольного декольте.

   — Я... Э-э-э-э... Спасибо...

   И губы поджала раздраженно, злясь на себя. Что за черт! Словно впервые в жизни мужчина смотрит на нее так.

   Пан Ясневский резко подвинул стул, чтобы оказаться как можно ближе к женщине и, еще больше понизив голос, произнес:

   — Простите мне мое любопытство, но мне действительно сложно сосредоточиться.

Ни о чем думать не могу с тех пор, как вы вышли из дамской комнаты. Мне надо знать. Вот здесь вот, — горячая ладонь бессовестно коснулась круглой коленки, выступавшей из традиционно неприличного разреза юбки, — это что же, браслет морской ведьмы?

   Вельзевул Аззариэлевич не отрывал глаз от смущенного лица и, вместе с тем, осторожно очертил средним пальцем серебро наколенного украшения, скользнул по трем из пяти бриллиантиков и остановил свое путешествие на тыльной стороне ноги, вычерчивая восьмерки и прочие круги.

   — Это просто часть образа, — собственный голос резанул напильником по нервам, — мне... Директор Ясневский! Вы ко мне пристаете, что ли?

   Очуметь, как умно и дипломатично!.. Но как же своевременно в голову пришла эта мысль, заодно и подруг с собой привела, ворчливых и недовольных. Ангелина мысленно ахнула, внезапно осознав, что она достаточно сильно пьяна, в карнавальном костюме, в кабаке.

И позволяет себя лапать... Мало того, радуется этому лапанию, как девчонка.

   Вельзевул Аззариэлевич, не скрывая разочарования, убрал руку и вдруг улыбнулся, обнажив белую полоску зубов:

   Верхние зубы прикусили радостную нижнюю полную губу, и Ангелина, вздрогнув от этого зрелища, двумя руками схватилась за бокал с недопитым элем.

   — Мне в самом деле надо было, чтобы Пауль узнал о Стражах. Может быть, теперь появится шанс, что будущее изменится.