Пограничье

Сейчас это не самое важное. Просто не спорь со мной сейчас, милая. Иди к Дунае. Я знаю, как лучше, верь мне.

   В коридоре появился один из стажеров и Эро, подозвав его жестом, велел:

   — Проводите мою жену, будьте любезны. Она плохо ориентируется в городе.

   Затем снова поцеловал теплые ладони и прошептал, заглядывая в мрачно-зеленые глаза:

   — Я постараюсь освободиться как можно скорее. Хорошо?

   — Хорошо, — она кивнула, не ответила на улыбку, только посмотрела как-то задумчиво и странно, пугая Павлика своим решительным видом.

   — Ни на шаг от нее не отходите, ясно? — сыщик глянул на подчиненного строго, ни на секунду не смутившись тем фактом, что сопровождение жены начальника не входит в обязанности стажера, а когда парочка вышла за дверь эфората, поспешил наверх, в тот самый кабинет, который немногим ранее так стремился покинуть.

   Но если бы он задержался хоть на мгновение, то, конечно же, смог бы стать свидетелем короткого диалога, который состоялся на залитом дождем крыльце.

   — Э... Так куда вас проводить, госпожа?

   — Шона, — исправила Сонья отстраненно. — Обращайтесь ко мне шона Сонья, пожалуйста.

   — Шона, — парень кивнул и предложил даме локоть. — Куда вас проводить?

   — О! В таверну «Пьяная свинья». Знаете, где это?

   — Конечно! — стажер блаженно зажмурился. — Там такое пиво подают, закачаешься..

   Я не боялась ни капли. По крайней мере, точно не предстоящего разговора, потому что решение мною было принято и дело оставалось за малым: продумать все детально, вплоть до мелочей, и воплотить план в жизнь.

   — А вон тот маленький домик, — радостно воскликнул он, в очередной раз выталкивая меня из-под зонта, — вон тот вон, шона, с розовыми ставнями, видите?

   — Угу, — самое обидное, что парень требовал постоянного внимания, и я просто вынуждена была время от времени подавать реплики.

   — Спросите у меня, что в нем особенного?

   Я посмотрела на своего провожатого с ненавистью, потому что этот вопрос он задал уже, наверное, в пятый раз, и хмуро спросила:

   — В этом доме родился и до двенадцати лет жил Нил Стропински!

   — Офигеть, — неискренне восхитилась я и яростно взмолилась Матери-хозяйке, Лунной богине и всем водным богам сразу, чтобы они не позволили мальчишке задать следующий вопрос.