Немудрено, они находились напротив устья памятной реки, здесь господствовало её сильное течение. Но четвёрка мужчин не унималась, метр за метром маленькое судёнышко преодолевало бурные воды. Рита, сидевшая на носу, подбодрила гребцов:
— Поднажмите, мужики, я уже вижу мачту, она возвышается над зарослями тростника."
"Мужики поднажали, хотя это и казалось невозможным. Течение нехотя выпустило лодку из своих объятий, они наконец смогли перевести дух, уменьшили темп. Олег обернулся, прикрикнул на белокожего Антона:
— Эй, ты! Сметана ходячая! Зачем рубашку снял? Самый полдень, сгоришь в один миг.
Мигом оделся!
— Да я пропотел сильно, ведь все разделись! — начал оправдываться парень.
— Ты на всех не смотри, мы летом время зря не теряли. А вот где ты загорал, непонятно. С виду, так в солнечном Магадане.
Недовольно бурча, Антон всё же соизволил одеться. Тем временем лодка обогнула узкую косу, густо заросшую высоким тростником, и все на миг отложили весла, с интересом уставившись на открывшееся зрелище.
Корабль действительно был не такой уж и маленький, вряд ли меньше двадцати метров в длину. Корпус набран из широких досок, высокие борта позволяют ходить даже при большой волне. Палуба крытая, на носу и корме приподнятая, впереди изгибается украшение — увеличенная копия той же изогнувшийся рыбины, что и на лодке. Высокая мачта закреплена с помощью растяжек, такелаж и рангоут были весьма примитивны, позволяя идти лишь под прямым парусом. Будто крылья чаек, кверху вздымалось шесть пар вёсел; их оставили в таком положении на ночь, с тех пор так и не опустили.
Макс ловко перебросил через одно из них бухту пенькового каната, имевшуюся в лодке, подтянул весло вниз. Закрепившись, доложил:
— Трап готов, но удобной дороги не обещаю.
Олег закончил облачаться, перепоясал кольчугу ремнем с ножнами, балансируя руками, прошёл по широкому веслу, ухватился за борт, гибким прыжком перебросил своё тело наверх. При его появлении в небо, каркая, взмыли десятки ворон.
Окинул взглядом палубу, он поморщился — трупы уже начали характерно попахивать, обернулся к товарищам:
— Всё нормально, можете идти.
Спутники один за другим перебрались наверх. Антон, увидев, что здесь творится, побелел ещё больше, Макс и Кабан отнеслись к неприятному зрелищу спокойно; последний, даже не моргнув глазом, пригнулся, поднял отрубленную руку, щёлкнул пальцем по циферблату часов:
— Хороший будильник, несколько тонн баксов весит.
