Интересно, когда человек, с убогим корытом перемывающий песок, подводит под свое занятие столь мощную теоретическую базу. Я вот на практике, распаивая блоки для древних ЭВМ, так, как ты, загнуть не смог бы.
— Ну спасибо, ты мне тоже нравишься.
— Да не за что. Так что там про коренные месторождения?
— Ладно. Смотри, берем алмаз. Химически это простой углерод, как тот же графит, но кристаллическая структура у него иная — кубическая сингония, в отличие от гексагональной графитовой. Такая формируется лишь в условиях дикого давления и высокой температуры.
На Земле подобные условия реализовываются лишь на глубинах в десятки километров. Именно там и вырастают заготовки для будущих бриллиантов. Никто туда, конечно, не заглядывал, но не исключено, что докопайся туда и озолотишься — сплошной алмазоносный слой.
— Да уж… знай раньше о таком, по выходным копал бы шахту лопатой… И как тогда алмазы наверх попадают?
— Не перебивай. Попадали просто, при извержениях древних вулканов. Причем вулканов не простых, извергали они глубинную лаву.
В наше время таких нет, уцелели остатки древних вулканических аппаратов. Подводящие каналы этих вулканов принято называть трубкой взрыва. Еще, бывает, говорят «кимберлитовая трубка» или «лампроитовая». Карьеры на этих месторождениях выглядят серьезно — ямы глубиной побольше километра. Зрелище еще то…
— Олег, а зачем вам вообще эти алмазы? У местных они высоко ценятся?
— Понятия не имею, ценятся или нет — нам они самим нужны.
— Зачем? Вам что, бриллиантов не хватает для полного счастья?
— Дурак ты, Андрей.
Вроде бы электронщик, а такую ерунду несешь. Слыхал небось про полупроводниковые алмазы?
— Ну слыхал.
— Вот! Заменить их нечем. Технический алмаз вообще незаменим. Без него даже проволоку протянуть проблема — ведь нужен алмазный фильер. Вот затем и ищем — для инструментов. Так вот, о коренных месторождениях. Древние трубки взрыва разрушаются эрозией. Порода разлагается, вымывается, а вот алмаз и не думает при этом погибать — попадает в ручьи и реки неповрежденным.
Это очень стойкий минерал — твердый и химически инертный. В итоге образуются россыпные месторождения. Проследив геологическими методами россыпь, можно добраться и до коренного — запасы коренного обычно гораздо выше. Вот на Урале такой номер не прошел — маленькую россыпь отработали, а трубку не нашли. Так и не знают, откуда они там появились.
— Сглупил я с бриллиантами… И как у тебя успехи? Находил алмазы?
— Нет. Но я ведь здесь недавно, пару лет всего.
