Пограничник. Том 1: На афганской границе

Скорее, я принял ее так, как принимают неоспоримый факт. Это просто есть, и переживать о таких вещах глупо, раз ничего сделать не можешь. Просто борешься и все.

— Сейчас уже все, — продолжал Миха, — Крокодилы прилетели и всех разогнали. Шеф приказал выслать поисковые группы. Разыскать духов, кто не успел пересечь границу и бежать.

С этими словами Миша, шедший за пару метров от меня, покосился на душманенка. Его, под стволом автомата вел Тришин. Дух же, нес завернутую в одеяло голову.

— Мы ожидали тебя найти затихорившимся в какой-нибудь пещере, — рассмеялся он, — но не как уж ни с духом на поводке.

— Да вот так. Как-то удачно он и его дружок под руку мне подвернулись.

— Да ну. Взять нарушителя, в одиночку, да еще и без оружия? Слушай, если б я такое услышал, подумал, что байка.

Я тоже хмыкнул, ответил:

— Честно, я бы тоже. Ну кто ж им виноват, что полезли, куда не просят?

Миха Глушко рассмеялся. Смех этот был немного нервным. Полным какой-то усталости.

К заставе мы подошли примерно через сорок минут. Увидели, что оставшиеся на заставе парни, кого не отправили на границу, заняли оборону в окопах. Встретил нас лейтенант.

Был он выше меня почти на голову, а еще худощавый. В темноте лицо его показалось мне моложавым. Вроде, моложе своего возраста. Он был в бушлате. Из-под шапки выбивались на лоб слипшиеся от пота светлые волосы.

— Товарищ лейтенант, — Стали мы смирно, когда он выкарабкался из окопа, в сопровождении сержанта и торопливо пошел к нам, — Рядовые Глушко, Тришин и Селихов, прибыли на заставу по приказу прапорщика Черепанова.

Отчитывался Мишка Глушко.

— Нам было приказано доставить нарушителя государственной границы, взятого Селиховым, — продолжил он.

Лейтенанта звали Дмитрием Михайловичем Строевым. Когда мы приехали на заставу, он нас не встречал. Конным уехал проверять службу нарядов, не бедокурит ли кто. Вернулся, видимо, когда нашу рабочую группу уже выпустили.

— Уже знаю, — сказал Строев, — Анатолий Сергеич связывался со мной. Предупредил. И что? Рядовой Селихов, ты его сам взял? В одиночку?

— Так точно, товарищ лейтенант, — пожал я плечами.

Строев глянул на поникшего душманенка. Уставился на голову, что тот держал у себя в одеяле.

— Почему не отобрали посторонний предмет? — Спросил старлей строго.

— Так… — замялся Глушко, — там же голова отрезанная… Как-то не по себе такое носить.