Онлайн-библиотека книг
А вот меня терзали сомнения — какого черта они тут сидят? Чего ждут, когда надо быстрее бежать и скрываться? Что-то тут было не так.
И я догадывался, что именно.
— Значит, все-таки в горы уйти решили… — не выдержал возмущенный Пчеловеев, — за душманов драться решили… Падлы… Надо спускаться, доложить Мухе!
— Погоди чуть-чуть, — сказал я.
— А что погодить-то? Все ж и так понятно!
— Тихо…"
"— Надо доложить, Саша, — серьезно сказал Пчеловеев, — Мухе доложить, что мы…
Я схватил Пчеловеева за одежду.
— Тихо, я сказал.
Он зло уставился на меня, даже надулся, как обиженный школьник. Я отпустил его. Сам стал наблюдать.
Один из бойцов вдруг обернулся. Выкинул сигарету. И тогда я понял — моя догадка верна.
У бойца была короткая черная борода и явно восточные черты лица. Но главное — на левое плечо он повязал черную повязку душмана.
От автора:
* * *Новинка от Ника Перумова! Архимаг в теле вора, Петербург охвачен заговорами, князья делят власть, а безликие убийцы уже вышли на охоту.
https://author.today/reader/482616
Глава 23
Пчеловеев, увидев лицо бойца, на мгновение даже рот приоткрыл от удивления. Пока он осознавал увиденное, я уже давно понял, что мы попали в ловушку.
Ряженые духи — ничто иное, как приманка. Как попытка заманить группу к ручью, где нас легко можно было бы взять под перекрёстный огонь.
Но и без этого мы наверняка уже под прицелом хитрого и ловкого врага, давно изучившего все эти горы.
Решение нужно было принимать быстро. Ведь понимал я и то, что боя скорее всего не избежать при любом раскладе.
И опасения мои подтвердились немедленно.
— Нужно вернуться, — наконец осознал происходящее Пчеловеев. — Вернуться и…
Договорить он не успел.
По тропе, где затаилась группа Мухи, немедленно открыли огонь из нескольких пулемётов, чьи позиции были скрыты где-то в горах.
Пчеловеев было обернулся, чтобы посмотреть, что происходит ниже по склону. А мне оборачиваться было некогда.
Как только началась пальба, душманы тут же сгруппировались и, держа автоматы наготове, устремились в горлышко, чтобы выйти на тропу и обстрелять прижатых огнем пограничников.
Этого я допустить не мог.
— Огонь! Огонь! — крикнул я, уже взяв духов на прицел.
Пчеловеев замешкался, подтягивая автомат, чтобы взять его наизготовку.
К этому моменту я уже открыл огонь.
Оружие судорожно стало биться у меня в руках. К резкому, прерывистому треску вражеских пулемётов примешался новый звук — грохот моего собственного оружия.
