Пограничник. Том 2: Смертельный дозор

— Это не то слово, — строго покивал Давыдов. — И что, неужели ты не испугался прокаженного трогать?

— К такому мы были не готовы, товарищ подполковник, — сказал я, — ребята это видели. Каждый понимал, что может случиться, принеси мы эту заразу на заставу. Но даже так, кому-то надо было его задержать.

Подполковник глянул на меня с уважением во взгляде. Потом покивал и добавил:

— Не уходи далеко. Вон Громов идет. Он скажет, что с тобой делать.

К нам подошли Таран и военврач майор Громов.

— Докладывайте, — сказал подполковник.

— При погибшем не было ни документов, ни личных вещей, — сказал Таран, — личность установить никак не получилось.

— А вы что скажете, товарищ майор?

— Я не специалист по инфекционным заболеваниям, — пожал плечами Громов, — но по всем внешним признакам мы действительно имеем дело с лепрой.

— Можете сказать, какова вероятность эпидемии? — Посуровел лицом Давыдов.

— Бойцы контактировали? — Громов посмотрел на нас.

— Селихов тронул шею, чтобы проверить, жив ли нарушитель.

— Шею? Тогда невелика, — сказал Громов. — Проказа — вредная штука. И достаточно заразная. Но не настолько, как привыкли считать обыватели. Инфекция передается при тесном контакте. Чаще всего достаточно длительном. При рукопожатии или, коснувшись одежды, ее не подхватить. Воздушно-капельным можно…

При этих словах Стас побледнел, припомнив Мишу, что-то говорившем о «ветерке в нашу сторону».

— Но опять же, при тесном контакте и очень близком.

— Значит, не обязательно солдат в карантин? — Спросил Таран, хмуро глянув на Громова.

— Не обязательно. Пусть руки вымоют с мылом на всякий случай. Ну и продезинфицируют. Этого хватит.

— Спасибо, товарищ майор. Вы свободны, — сказал Давыдов.

Военврач отдал честь, пошел к шишиге, в которую уже поместили тело несчастного.

— Остался другой, более сложный вопрос, — сказал Давыдов.

Все мы посмотрели на Мишку.

— Тут уголовное дело, — вздохнул подполковник. — Нарушение правил несения пограничной службы.

Таран грустно покивал.

— Постараемся учесть все обстоятельства, — продолжал начотряда, — немного позже особый отдел твоих ребят допросит.

Давыдов засобирался к своей машине, но сначала положил руку на плечо Тарана.

— Понимаю, Толя, Глушко этот — парень молодой. Не из злого умысла преступление совершил. Но ничего не попишешь.