Пограничник. Том 2: Смертельный дозор

Ну и хорошо.

— Ну так что будем делать? — Спросил Малюга.

Малюга сделал очень суровое лицо и кивнул.

— Давай! Пошел! — Крикнул ему я.

Солдат вскочил и помчался к леску. Теперь духи запоздали. Обстрел начался секунды через три, и Малюга успел достичь суховатого и голого зимнего леса, залег там.

— Алим, тебе придется двигаться медленнее, — сказал я, — вместе с Ихабом. Готов?

Канджиев медленно кивнул. Подлез ко мне и Ихабу, который все это время лежал так, будто ему нечасто отшибло сознание. Старый охотник только глядел куда-то в небо.

Кажется, пребывал в шоке.

— Ихаб, Ихаб… — Позвал Алим.

— А? — Словно бы очнулся тот.

— Сейчас будем уходить из-под огня. Ты готов?

— Я не оставлю сына, — произнес он хрипловато.

— Я его подберу. Пойдем вместе, — успокоил его я.

— Идите! Они скоро пристреляются, тогда всем мало не покажется! Ходу! — Я добавил в свой тон офицерского напора.

— Давайте, насчет раз-два-три, — сказал Алим, уставившись на лесок и схватив Ихаба за одежду.

Канджиев вскочил, потянул за собой старика.

Вместе они неловко побежали через КСП. Алим поддерживал выбившегося из сил Ихаба, даже чуть было не упал вместе с ним, когда старого охотника подвели ноги.

Несколько мгновений я ожидал, что сейчас по ним откроют огонь. С придыханием смотрел в спины уходящих, надеясь, что обоих минует снайперская пуля.

Когда спустя несколько секунд, по ним не открыли даже автоматного огня, я приподнял бровь от недоумения.

Алим с Ихабом скрылись в кустах можжевельника. Оттуда тотчас крикнул Стас:

Я глянул на сына Ихаба, лежавшего все это время без чувств.

Потом подлез к нему, встал на колено и схватил за лохмотья. Напрягшись, втащил его себе на плечо и поднялся. Глянул за Пяндж.

— Сашка! Сашка, ты чего⁈ Сдурел⁈ — Закричали мне ребята.

— Двигай быстрее! Снимут же! Снимут!

Я обернулся и понес парня совершенно спокойно. Не стал даже ускорять шага. Все было очевидно: по Ихабу и его сыну духи не стреляли. По ним не работал снайпер. Слишком велика была вероятность их задеть, и духи явно этого не хотели.

С каждым пройденным метром мои подозрения все крепли.

Беспрепятственно войдя в лес, где пограничники уже распределились по укрытиям: кто за деревом, кто за пнем или поваленным стволом, я медленно опустил парня на лесную подстилку. Присел рядом. Ихаб тут же подлез к нему, взял в ладони впалые щеки сына, стал что-то шептать ему, касаясь лбом головы.

— Все видали? — Спросил Малюга холодно, — по Ихабу с его сынком не стреляли.