Покивал с пониманием, но и с какой-то грустью во взгляде.
Первая сработка застала нас около часа ночи. Слова дежурного по связи и сигнализации о том, что на седьмом участке правого фланга сработала система, подкрепила уже привычная нам трель заставской сирены.
— Застава, в ружье! — Объявил дежурный.
Тревожное «кук-кук-кук-кук» высоким криком разносилось по заставе.
Меньше чем через минуту в коридорах заставского здания загрохотал топот многочисленных сапог. Мы выскочили в ночь, на морозный воздух.
Я бежал к оружейке и видел, как в свете фонарей, разгонявших на заставе ночную темноту, серебрится пар, вырывающийся у меня изо рта после каждого выдоха.
Оружейка была уже открыта. И мы организованно, но быстро, принялись выдергивать автоматы из пирамид. Дежурный по заставе отварил сейф. И погранцы один за другим повыхватывали оттуда тревожные подсумки. Принялись снаряжаться следовыми фонарями, сигнальными ракетницами, а младший сержант Гамгадзе повесил на плечо подсумок с рацией.
Когда наша группа, возглавляемая Черепановым, оказалась на улице, Нарыв помчался к питомнику, где волновались и гавкали собаки.
Шишига, не прогретая, погнанная к аппарели на холодную, уже ждала нас у распахнутых ворот.
Нарыв привел Радара быстро. Мы построились, Черепанов торопливо отрапортовал о готовности, и шеф дал приказ на выход по сработке. Мы помчались к машине.
Черепанову даже не пришлось давать команды загрузиться, так быстро мы заскочили по аппарели в кузов шишиги. Машина рванулась с места и умчалась на правый фланг, туда, где сигналила нам система.
Пограничники ехали в молчании, только Черепанов раздавал приказы, инструктировал, как нам надлежит действовать. В гуле ветра, мотора, шин и скрипе автомобильной подвески то и дело раздавалось решительное «Есть» после очередного приказа старшины.
ГАЗ-66 подскакивал на кочках, и наш моторист Хмелев, крутивший баранку машины, демонстрировал нам свое водительское мастерство. Он как-то умудрялся одновременно и сохранять темп, и петлять на извилистой, кочковатой дороге так, чтобы шишига не перевернулась со всей группой на борту.
Дальше были ворота системы, блестящая от инея, под светом фар линия КСП. А потом гонка наперегонки с возможным нарушителем.
Система, чьи столбы мельтешили слева, вдруг ушла вверх, побежала по скалам, каменные тела которых выросли на ее месте в этих местах. С другой стороны, в нескольких десятках метров бурлил Пяндж.
Шишига вдруг завернула, погнала вверх и снова вышла на систему.
