— Не место ей на границе! Пусть щенят рожает!
— Сучий сын… — гневно раздул ноздри Мартынов. — Я тебя щас так отделаю, что уже никогда кусаться не сможешь! Из-за тебя всю заставу почем зря почти два часа гоняли! Из-за одного тебя!
— А потом еще, из-за этого всего будут заставу трясти!
— Ну! А если особисты узнают⁈ Будет как в прошлом году!
— Узнают, обязательно узнают, если Пальма скотная сделается!
— Где этот сучек⁈ — Вдруг закричали от входных дверей.
Я обернулся. Злобный как черт Нарыв, только вернувшийся от шефа, быстро пошел к Семипалову и Мартынову.
Пограничники расступались перед ним, видя искаженное настоящей яростью лицо инструктора.
Нарыв, красный как рак, с ходу кинулся к Богдану, схватил за одежду, отволок его от сержанта Мартынова.
— Ты, скотина, знаешь, что меня из-за тебя теперь посадить могут⁈ — Гневно заревел Нарыв, — тебя кто, суку такую, просил лезть к собакам⁈
Семипалов, прижатый к сапожным полкам, зло глянул на Нарыва.
— Надо было лучше свою псину воспитывать, товарищ Сержант! — Выпалил Богдан.
— Ах ты мразь… — зашипел Нарыв и схватил его за грудки, — щас я тебя разукрашу!
Он замахнулся на солдата. Семипалов испуганно закрылся руками. Я среагировал мгновенно: подскочил, одной рукой вцепился инструктору в предплечье. Все в сушилке ахнули.
— Слава, — спокойно сказал я, — не надо. Богдан еще свое получит. Ты только не усугубляй.
Нарыв медленно обернулся. Злым взглядом уставился мне прямо в глаза.
— Селихов, — неприятно искривил он губы, произнеся мою фамилию, — ты на кой черт не в свое дело лезешь?
Глава 4
— Это мое дело, — возразил я холодно.
— Так же как и дело всех на заставе. Если ты ему сейчас морду набьешь, всем нам хуже будет.
— Да куда ж еще хуже? — прошипел Нарыв, — мне, сука, срок грозит! Пусти!
— Так и знай, Слава, — я заглянул Нарыву в глаза, — я тебе бить его не дам.
— Пусти, сказал!
— Нет.
В глазах Нарыва пуще прежнего забегали злые искорки.
— Защитничек, значит, нашелся, — угрожающие протянул он сквозь зубы, — решил заступиться за этого подонка?
— Попробуешь ударить, не посмотрю на звание, так и знай, Слава.
— Да пошел ты! — Нарыв внезапно кинулся на меня.
Он попытался схватить меня за ворот ХБ, но я тут же вцепился ему в руку, выкрутил запястье так, что он аж застонал.
В следующее мгновение сержант Мартынов набычился, подступил ко мне, чтобы ударить. Боковым зрением я видел, как трое или четверо погранцов тоже шагнули в мою сторону, но на их пути внезапно возник Вася Уткин.
