Те всполошились, закричали, не зная, что им делать.
Группа нападения в составе не меньше десятка пограничников, держа на мушке душманье, принялась спускаться с пригорка. Несколько бойцов остались на своих позициях, чтобы прикрыть наступающих.
— Оружие на землю! — Заорал Строев, наставив на Аллах-Дада пистолет. — На землю я сказал!"
"Аллах-Дад, вцепившись в свой семьдесят четвертый АК, торопливо и растерянно заметался, завертел головой, не зная, куда ему целится. Потом, словно смерившись, застыл. Опустил плечи. Оружие выпало из его рук.
Остальные духи с бряцанием покидали автоматы и винтовки на землю.
Я глянул в глаза командиру душманов. Потом пожал плечами и ухмыльнулся.
Внезапно, Аллах-Дад ответил мне такой же ухмылкой. Что-то было не так.
На миг мне показалось, будто время просто замерло. Даже капли дождя будто бы остановились прямо в воздухе и стали беззвучными.
А потом на вершине сопки, где прятались наши, раздался хлопок. Затем еще один и еще.
Кто-то из погранцов рухнул, словно подкошенный. Строев, бежавший одним из первых, спотыкнулся, упал, покатился вниз, к подножью холма.
— Гранаты! — Крикнул я.
А потом, из-за спины душманов заработал пулемет Мартынова. Его трассера огненными шарами прорезали мокрую дождливую тьму.
Я метнулся к Алиму, сбил его с ног, оба мы упали в грязь.
Началась неразбериха. Кто-то из духов упал, пораженный нашей пулей. Тут и там зазвучала стрельба. А потом хлестко щелкнула СВД. Я поднял голову.
Били с вершины скалы, у подножья которой рос «Волчий камень».
Видимо, оттуда же метнули гранаты.
Скорее всего, наверху малая группа: один, максимум двое человек. Больше не подобрались бы незамеченными. Коварный Аллах-Дад подстраховался как мог.
Командир душманов тем временем, кинулся к Курбану, схватил старика за шиворот и обернулся, глянул на меня. Когда страшный вопль одного из его людей огласил округу, Аллах-Дада глянул назад. Увидел, как его воин, скошенный пулеметным огнем, упал в грязь.
Что-то, закричав, он побежал в наш тыл, уводя за собой Курбана и выживших.
Пули свистели им в след так, что мы с Алимом не могли поднять головы. Когда снова хлестко выстрелила СВД, Мартынов среагировал на это.
Я увидел, как в темноте просвистела яркая, красно-желтая очередь трассеров. Сержант принялся поливать вершину скалы из пулемета. ПКМ сержанта просто утюжил скалу, выбивая оттуда засевшего снайпера. Это сработало, и СВД навсегда замолчала.
Пока громыхала очередь, погранцы подобрались к валявшимся на земле душманам.
