Пограничник. Том 5: Охота на "Черный аист"

Я же, поймав на себе взгляды остальных погранцов и поняв, что они ждут от меня быть их капитаном, тоже направился к Тарану.

— Итак, — Таран положил мяч на землю, когда мы с Симоновым приблизились, — кидаем жребий.

Начальник заставы достал из кармана, словно специально припасенный на такой случай, олимпийский рубль. Показал его нам. Блестящая монетка покоилась на его ладони, а на ее аверсе был изображен олимпийский факел в Москве.

— Орел, — первым буркнул Симонов.

— Хорошо. Победившая в жребии команда выбирает ворота или разыгрывает мяч, — проговорил Таран.

Потом он ловко щелкнул монеткой, подбросив ее над нашими головами. Поймал, хлопнул ею об обратную сторону ладони левой руки.

Я буквально чувствовал, как Сергей Симонов затаил дыхание, ожидая, какой же будет результат.

— Решка, — выдал Таран, демонстрируя всем советский герб на реверсе монетки.

Симонов состроил равнодушное лицо. Ничего не сказал. Однако во взгляде его читалась явная раздражительность.

— Ну что, Саша, вы решили? Сторону выбираете или разыгрываете мяч?

— Разыгрываем, — сказал я, без сомнений.

Таран кивнул. Спросил у Сергея:

— Правые, — буркнул тот, пожав плечами.

Я сразу понял, что Симонов надеялся заполучить себе первый удар по мячу. Ведь в выборе им именно правых ворот был только один видимый смысл — за ними начинался бетонный забор, и если пропустить мяч в ту сторону, не придется далеко за ним бежать.

— Сейчас начнем, — сказал Таран, глядя на свои наручные часы.

Мы с Симоновым разошлись к своим командам.

— Ну че, братцы, — начал я, когда подошел к своим и мы встали в кружок, — мы первые. Начальную нашу атаку будем строить от моего удара. Помните, как я предлагал?

— Немного рискованно, — сказал Нарыв, — Если сделать сейчас, как ты предлагаешь, придется всем идти вперед. Тогда Малюга останется один против всех них.

— Только если мы потеряем мяч, — покачал я головой.

— Они чаще нас играют, — вздохнул Сагдиев, — я бы пошел от обороны.

— Как там говорят? Лучшая оборона — это нападение.

— Если мы потеряем мяч, они забьют, — с сомнением проговорил Нарыв.

— Тогда мы не потеряем, братцы, — сказал я уверенно.

— А я согласен, — покивал Синицын, окинув всех решительным взглядом. — Танкисты привыкли на танках своих ездить. А мы — бегать.

— Ну вот и покажем им, как пограничники бегать умеют, — улыбнулся я.

Как только Таран дал свисток, я отдал лежащий на земле мяч Синицыну. В этот самый момент и Нарыв, и Сагдиев помчались в атаку.