Пограничник. Том 6: Шпионские игры

Я оторвал его от этого занятия и передал пакетик с капсулой. Особист торопливо спрятал его в карман кителя.

Потом я невзначай глянул на часы. Время оказалось удачным.

— И еще один вопрос, — сказал я. — Последний.

С этими словами я достал компас и извлек его из чехла. Открыл и передал шпиону. Тот нахмурился, медленно опустил взгляд и уставился на стрелку.

Не отрываясь от часов, я сказал:

— Вот. Сейчас. Смотри на стрелку.

Абади посмотрел. Когда она дернулась, он стиснул зубы так, что скрипнуло.

— Компас, — протянул я руку.

Абади, потерявший всякую волю к сопротивлению, послушно вернул мне подарок Наливкина.

— Тебе что-то известно об этом? Ваших рук дело? — спросил я.

Абади повременил с ответом. Казалось, он собирался с силами. Шарипова, вроде как, совершенно не интересовал наш с Абади разговор. Особист увлекся записями. Даже вновь достал капсулу, осмотрел и снова принялся черкать что-то в блокноте.

— Похоже на маяк. Передатчик, — сказал Абади.

Шарипов вдруг оторвался от своих записей, глянул на шпиона.

— Передатчик каждые десять минут генерирует кратковременный электромагнитный импульс, — закончил Абади.

— Ты поставил этот передатчик? — спросил Шарипов.

Абади покачал головой.

— Я не знаю ни о его назначении, ни о местонахождении. Я только слышал о подобных, — Абади пристально посмотрел мне в глаза, — что такие должны быть у ISI.

— Кто там? — раздался хрипловатый голос по ту сторону двери.

— Сержант Селихов. Разрешите войти, товарищ майор, — сказал я.

Несколько мгновений ответом была только тишина.

— Войдите.

Я открыл дверь. Петли скрипнули. Внутри небольшой комнаты лейтенанта Пуганькова стоял полумрак. Искандарова я застал сидящим на кровати. Майор решил не включать света. Единственным освещением здесь была старая керосиновая лампа, которую он поставил на придвинутый поближе к кровати обеденный столик.

— Вы что-то хотели, товарищ Селихов? — спросил Искандаров. Лицо разведчика при этом совершенно ничего не выражало.

Искандаров был странным человеком. Все то время, когда мы были «за речкой», даже у нас, в нашем небольшом отряде, его почти не было видно и слышно. Искандаров редко с кем-то говорил, редко привлекал к себе чье бы то ни было внимание. Иной раз создавалось впечатление, что такого офицера, как майор Рустам Искандаров, и вовсе не было среди нас.

Потому раньше я никогда не рассматривал этого человека пристально. Теперь рассмотрел. Искандаров был высок, но худощав.