Онлайн-библиотека книг
— Ничё, если будет дёргаться, Маслов его быстренько выбьет из седла, — не убирая бинокля от глаз, сказал Наливкин.
Наши предположения подтвердились, когда душман на скаку стянул автомат со спины, перехватил его у приклада и задрал вверх, показывая тем самым, что он не хочет стрельбы.
— Дело ясное, — кивнул Шарипов. — «Аисты» как-то на нас вышли.
— Пастухи?.. — мрачно спросил было Наливкин, но не успел договорить.
Всё потому, что заговорил подъехавший душман:
— Шурави! Мы знаем, что вы здесь! — закричал всадник на ломаном русском, не опуская автомата.
— Ну, я главный! — закричал ему Наливкин чуть погодя.
Душман несколько мгновений искал взглядом, откуда ему кричат. Натянул поводья непослушно пляшущего под ним коня.
Когда наконец понял, где Наливкин, то стал кричать ему:
— У нас много миномёт! Много мин! Если меня убивать, вы тоже все умирать!
Мы с Наливкиным и Шариповым переглянулись. Капитан «Каскада» закричал:
— Можешь свои мины знаешь куда себе засунуть⁈
— Но вы можете быть живые! — продолжил «Аист», сделав вид, а может быть, просто не поняв, что ему кричит капитан.
— Пришли поставить нам ультиматум, — задумчиво сказал Шарипов, с хрустом почесав подбородок.
— Наверное, — Наливкин кивнул. — Хотят, чтобы мы обменяли Искандарова на собственные жизни.
— Давайте не делать поспешных выводов, товарищ капитан, — сказал я. — Послушаем, что он дальше скажет.
— А что тут думать? Другого варианта я не вижу, — засопел Наливкин.
— Нас в три раза больше! У нас снайперы! У нас мины! — тем временем продолжал кричать «Аист». — А вам не уйти отсюда! Из эта мечеть нет выхода! Если вы воевать, то все умирать!
— Товарищ капитан, — подлез к Наливкину Глушко, — мож, его этого… прибить, да и дело с концом?
— Тихо.
"— Но если мы договариваться, — кричал душман, — вы все уходить! Нафтали обещает отпустить вас с миром! Вас и всех ваш заложник!
— Ты смотри, какой умный, — хмыкнул Наливкин.
— Я бы их не недооценивал, — суховато ответил ему Шарипов. — Их и правда больше. Караван-сарай они обстреляли из миномётов. Если будут нас бомбить — и правда рискуем все тут остаться. Да и выхода отсюда действительно нет.
