Казалось мне, что такой исход в большей степени вероятен.
Тем не менее лейтенанты пошли по иному пути. Более решительному, но и более рискованному."
"Я понимал, что может начаться, если они попытаются просто ввалиться ко мне ночью и арестовать. Это вызовет резкое недовольство у солдат. Солдат, которые мне доверились.
И если они не «выразят своё неуважение» к офицерам сразу, то сделают это, когда осознают, что же творится. Значит, уже осознали.
Казалось мне, что ни Лазарев, ни Вакулин не решатся на такие рискованные действия.
Тем не менее решились. Почему? Вот это главный вопрос.
— Товарищи… — попытался снова успокоить их Вакулин, но его прервал Лазарев.
Он сам подошёл к двери и крикнул:
— Разойтись немедленно! Вы даже не представляете, во что ввязываетесь! Какие последствия могут быть у ваших действий! Безопасность Селихова гарантируем!
— Иди к чёртовой бабушке, контра! — раздался крик Нарыва.
Затем снова грохнуло в дверь. Теперь с потолка даже посыпалась штукатурка.
— Мы вас оттуда сейчас выковырим! Немедленно отпустите старшего сержанта Селихова! — крикнул Черепанов.
— Вы удерживаете его там незаконно! Арест — незаконен! Только в этом случае мы будем вести с вами какие бы то ни было переговоры. Иначе — штурм, вот что!
— Видишь? — обернулся ко мне Лазарев. — Видишь, что ты натворил своей выходкой? Солдатня взбесилась!
— Взбесилась? — Я хмыкнул. — Да они с вами ещё вежливо разговаривают. Стучат вот… воспитанно. А могли бы уже вооружённые в окна залезть. Это не проблема.
Оба лейтенанта застыли без движения.
Оба уставились прямо на меня.
— На Шамабаде нет солдатни, — похолодел я голосом, — только люди, только солдаты. И эти солдаты недовольны. А ещё — они дают вам шанс. Рекомендую им воспользоваться.
Лазарев не выдержал первым. Он немного помолчал, а потом сухо сплюнул и выматерился. Холодным, странно хрипловатым голосом заговорил:
— Это срыв операции, Селихов. Это крах. По твоей милости всё пошло к чёрту. И в этом виновен только ты!
— Операция, значит… — я хмыкнул, но не договорил, потому что снова грохнуло в дверь.
— Открывайте! — закричал Черепанов с той стороны. — Иначе сейчас будем входить по-настоящему! Я считаю до пяти!
Лейтенанты переглянулись. Потом Лазарев вдруг глянул на сейф начальника заставы.
— Я бы не советовал вам браться за оружие, — покачал я головой. — Так вы только всё усугубите. Шамабад в этом году уже трагедий натерпелся. Хватит.
— Раз! — раздался громогласный голос Черепанова из-за двери.
