А потом стрелять.
Хлопок. Автомат пнул меня в плечо прикладом. Один из замыкающих бойцов призраков завалился на землю, как подкошенный.
Когда трассерами заработал Васин пулемет и скосил еще одного — мы увидели их.
Одетые в камуфляж бойцы быстро спускались по склону. Со стороны могло показаться, что они бегут. Однако организованность этого «бегства» не оставляла сомнений — они не дрогнули. Отступление было совершенно сознательным. И жертвы, которые оно сулило — тоже.
«Их командир, — выцеливая очередного бойца противника подумал я, — сознательно принес в жертву часть своих, чтобы все не попали в ловушку».
Кто бы ни был их командиром, это хладнокровный и решительный человек. Пусть и осторожный.
«Тарик Хан», — подумал я.
— Уходят! Уходят, сукины дети! — Крикнул Вакулин и встал на колено. Принялся шарить взглядом по всем нам. — Солдат! Рацию! Где заслон?! Их надо остановить!
— Я! Товарищ капитан! — Оживился Костров, тоже поднявшись на колени и быстро перетягивая подсумок с рацией на живот.
— Свяжись с Соколовым! Пусть держит заслон! А, сука!
— Они не успеют, — глядя, как Призраки совсем пропали из виду, поднялся я.
— Что? — Обернулся Вакулин.
— Заслон не успеет подойти.
Вакулин не ответил, тараща на меня свои дурные глаза.
— Я был там, впереди. Там крутой спуск, — продолжил я. — Призраки потеряют время, преодолевая его.
Вакулин снова ничего не сказал. Только приоткрыл рот в удивлении.
— Там есть тропа, — я указал назад. — Она не такая крутая, но Призраки по ней не пошли. Опасаются засады.
Если вы возьмете большую часть отделения и спуститесь, то будет шанс перехватить их.
— Шанс?! — Подал, наконец, голос Вакулин. — Шанс их перехватить?! Да мы просто не успеем! Они спустятся у поворота, а мы где?! Нам еще по берегу метров триста придется преодолеть!
— Я знаю, — я кивнул. — А потому я выиграю вам время.
Нахмурившийся Вакулин приподнял брови в удивлении.
— Берите людей и спускайтесь, товарищ капитан, — продолжил я. — А я возьму двоих и пойду за ними."
"Глава 15
Ночь превратилась в головокружительную погоню.
Прохладный воздух бил в лицо. По тропе грохотали наши сапоги. Громко бряцало наше оружие и снаряжение.
Двигаясь первым в почти полной темноте, я мог различить лишь темно-синее звездное небо, черную землю и причудливые формы валунов, кустов и деревьев, превратившихся в ночи во что-то немыслимое.
За спиной звучало ритмичное и тяжелое дыхание товарищей. Это были Малюга, втихую пыхтящий матерные ругательства себе под нос, и Вася Уткин.
