Пограничное поместье

К вечеру во дворе замка и в самом замке было не протолкнуться. Почти одновременно прибыли в замок оба отряда: Полин отряд с братьями и арестованным Райнером и королевское посольство с княжной и её свитой. Суета слуг, перекрикивания гвардейцев, командиров, мелькание посыльных – всё это нарушило размеренное течение жизни в замке, но странное дело, казалось, что всем это нравится. Потому что слуги суетились с улыбками, посыльные летали молниями, а гвардейцы успевали облапать вёртких служанок. Впрочем, те были даже не против, кокетливо вскидывая на крепких мужчин обещающие взгляды.

Оливия, при первом же известии вернувшаяся в замок, с озабоченным лицом крутилась на кухне, не предъявляя, впрочем, никаких претензий столичному коллеге. Даже, наоборот, попросила Робина задержаться и помочь с приготовлением ужина. То, что в замок прибудет принцесса волков никто и не предполагал, но ударить в грязь лицом было невозможно. И уже с обеда кухня превратилась в поле битвы за престиж местных поваров и кулинаров.

Во всей этой суматохе единственное спокойное место было в кабинете герцога. Зато сам герцог был на приличном взводе. Сестру, которая так и не поняла своей вины и пребывала в глубокой обиде на брата, он только что отправил вместе с десятью гвардейцами, как и обещал, в их небольшое родовое поместье Дженкин. Дейзи не была ему родной по крови. Это была племянница его матери, но ещё в детстве, когда родители Дейзи погибли в портале межмирового перехода, её взяли к себе Мартенсоны и вырастили вместе со своим сыном, как дочь.

Дейзи, как старшая, с детства привыкла верховодить. Ограничений никаких дети не знали, но если к Эрику, как будущему и единственному наследнику предъявлялись серьёзные требования по учёбе, по физической подготовке, то к Дейзи изначально относились, как к кукле, которую надо холить, лелеять и баловать, а потом выдать замуж. Да и сама Дейзи ни в детстве, ни в юности не стремилась обременить себя излишними знаниями.

«Ну, ничего-ничего! – успокаивал себя герцог.

 – Посидит в маленьком поместье без общества, без балов, без визитов – задумается. А, когда задумается, может, и поймёт, что к чему. Жизнь у драконов долгая». Но идти на поводу у желаний сестры, прощать ей вмешательство в его личную жизнь, герцог больше не собирался. И рассчитывал в дальнейшем и вовсе ограничить деятельность Дейзи делами её собственной гостиной. И не подпускать её впредь ни к управлению поместьем, ни столичным замком, ни к счетам банков.