Онлайн-библиотека книг
Интересно, что вызвало основной гнев – муж, аспирантура или любовник? И что из списка останется у бедной свидетельницы, когда все закончится?»
Вернувшись в зал, Ирина снова вызвала Ларису и попросила описать фляжку как можно подробнее, а в идеале припомнить приметы, которых не разглядишь на фотографии.
– У нас было много других тем для разговора, – усмехнулась свидетельница, – и Алексей редко брал эту бутылочку с собой, он вообще-то к алкоголю равнодушен. Она у него была скорее чем-то вроде талисмана.
«Который, похоже, сработал, – усмехнулась про себя Ирина, – и на девяносто процентов можно уже считать, что спас бедолаге жизнь».
– Он мне рассказывал, что фляжку ему подарили товарищи по полку, когда Алексея выписали из госпиталя, – сказала Лариса. Для женщины, которую только что уличили в супружеской измене, она вела себя поразительно спокойно, – кажется, на крышечке есть небольшая царапина… Ах, вот еще что! Там с ошибкой написано, не слитно, а раздельно: «от ныне».
Ирина попросила свидетельницу приблизиться и достала фляжку из коробки с вещественными доказательствами. Пробел действительно не кричал о себе, но все же присутствовал. Очевидно, гравер-грамотей колебался, как правильно, и на всякий случай создал нечто среднее.
«А ведь кто как не ты, голубушка, мог стащить фляжку у подсудимого, – подумалось ей, – прямо после праздника и подтибрить… Подставила любовника, а теперь совесть замучила? Вариант.
Тут Ирина почувствовала, что уравнение не сходится. Что-то она не поняла в условии задачи или решает не тем способом, и правильный ответ ускользает от нее, прячась за очевидным.
Лариса тем временем подошла, взглянула на фляжку:
– Да, вот тут царапина, а здесь, видите, пробел? Давайте посмотрим, я сделала несколько кадров с очень крупным увеличением, вдруг там заметно.
– Давайте, – Ирина улыбнулась и не стала объяснять свидетельнице, что вся соль именно в том, чтобы не было заметно.
– Ой, а у нас дома точно такой же шарф есть, – воскликнула Лариса, сунув нос в коробку с доказательствами.
