Похищенная, или Жена из другого мира

Служанка помогла мне одеться и уложить волосы, а под конец подала балахон с капюшоном со словами:

— Вас ждут на ужине.

— Мне надеть это? — уточнила я, забирая балахон.

— Да. Ужин проходит инкогнито.

— Вот как, — протянула я, изо всех сил сдерживая смех.

Похоже, собрание общества «Вольные крылья» проводится тайно. Надеюсь, с меня не возьмут клятву о неразглашении на какой-нибудь местной черной библии и не заставят пить кровь из черепа.

Балахон, кстати, был оранжевым - под цвет рода хозяина замка. Это придавало ситуации особую комичность.

"Накинув балахон поверх платья, я натянула капюшон на голову и вышла вслед за служанкой в коридор. Вечер обещал приключения.

Глава 41. ’’Вольные крылья”

Служанка подвела меня к двойным, выкрашенным в белый цвет дверям. По бокам от них стояли лакеи. Они любезно распахнули передо мной двери, а за ними... обычная столовая. Я не сдержала разочарованного вздоха. А где же жуткое подземелье? Где черепа и вот это все, что бывает на собраниях тайных обществ?

Вместо них был длинный стол, заставленный едой, и с десяток гостей в оранжевых балахонах.

Я фыркнула, едва подавляя смех. Прямо сборище солнечных куклуксклановцев. Нет, я понимаю, что оранжевый - цвет хозяина замка, но он, мягко говоря, не подходит случаю.

Более нелепое собрание сложно было представить. Хотелось крикнуть: остановите Землю, я сойду! Но испугалась, что кто-то ответит: вам повезло, как раз ваша станция.

Место рядом с главой стола пустовало. Я решила, что оно для меня.

Едва я умостилась, как сидящий во главе стола произнес:

— Сегодня к нам присоединилась освободительница дракона, — похвалился Кеймрон. Это без сомнений был он. Его долговязую фигуру я везде узнаю.

Я возмущенно засопела. Он только что сдал меня с потрохами! К чему тогда был этот балахон, если он все равно фактически назвал меня по имени? Можно подумать, тут у них по десять раз на дню освобождают драконов.

Я едва удержалась, чтобы не воткнуть в Кеймрона вилку.

В ответ на его реплику присутствующие зааплодировали.

— Речь! Просим речь. Скажите хоть пару слов, — доносилось со всех концов стола.

Я как раз пробовала булочку и аж подавилась. Не хватало еще стать местной знаменитостью.

От неожиданности я ляпнула первое, что пришло в голову, а именно лозунг из своего мира:

— Не дадим в обиду братьев наших меньших!

Ответом мне было гробовое молчание.