Похищенная, или Жена из другого мира

Мне определенно есть над чем подумать.

Прежде чем отпустить меня в покои, Кеймрон спросил:

— Ты ведь украла наручи Азриэля, верно? Где ты их спрятала?

Так я тебе и сказала, ага.

— В надежном месте, — ответила я. — Там, где их никто не найдет. Ты же не думаешь, что я таскаю их с собой?

— Мне ты можешь довериться.

— Не могу, — покачала я головой. — Строго говоря, я сама не в курсе, где конкретно они лежат. Так что если ты вздумал меня пытать, не трать на это время. Я не смогу ответить, даже если захочу.

Кеймрона аж перекосило.

Кей ушел ни с чем. Но хоть из замка не выгнал, и то повезло.

Я скрылась ото всех за дверью своих новых покоев. Хватит с меня на сегодня общения. Горничную - и ту не пустила. Разделась и расплела волосы сама.

Пришлось повозиться, особенно с платьем. Оно никак не хотело расшнуровываться. В итоге я просто стянула его с плеч и сняла через ноги.

Может, зеленое платье от некроманта не было последним писком моды и вообще выглядело так, будто его до меня носило полгорода. Зато снималось и одевалось оно легко, и я справлялась сама. Все потому, что это было платье обычной горожанки, а у них нет горничных.

Без Сифа и Морта было одиноко. Даже обсудить расследование не с кем. Так что я сразу легла спать. И, самое главное, уснула. Всю ночь мне снился Азриэл. Он ничего не говорил, ничего не делал. Просто стоял и смотрел на меня.

Взгляд Азриэля не был осуждающим, скорее, печальным. Он сожалел о моем поступке.

— Ты сам виноват! — кричала я ему. — Не надо было пытаться меня убить.

Пару раз я просыпалась от собственных криков. Я вообще-то не лунатик, но в этот раз, похоже, говорила во сне. Вот до чего меня довел муж-убийца! Ууу, ненавижу! И скучаю... Вот я вляпалась.

Более или менее крепко уснула лишь под утро, но на рассвете меня разбудил протяжный тоскливый вой.

Я, откинув одеяло, подскочила с кровати. Подбежала к окну и, распахнув его настежь, выглянула во двор. Прислушалась. Да это же песня! Щенки могут спать спокойно, это чей-то воздыхатель поет своей даме серенаду под окном.

Навострив уши, даже разобрала слова. Что-то про «услышь мой голос», «без тебя мне грустно». В общем, какая-то романтическая чушь.

Поющий надрывался, хрипел и отчаянно фальшивил.