Похищенная невеста для Его Наглейшества

— Знаешь, а ведь в этом заключена высшая справедливость, — неожиданно мужская рука обхватила мои бедра и оторвала от пола. Не сумев даже вскрикнув, я оказалась перекинута через плечо несостоявшегося мужа. — Арренский нанес тяжелый урон моим собратьям. Он уничтожил столько чернокнижников, что сама тьма ослабла. А теперь я забираю его жену, благословленную этой шлюхой Праматерью, чтобы отдать тебя тьме. Что это, если не высшая воля? За все нужно платить. Твой муж заплатит самым дорогим, что у него есть.

Все, что происходило потом, я помню очень смутно. Несколько минут меня куда-то несли, и я беспомощной куклой раскачивалась на плече чернокнижника. Мыслей в голове почти не было, как и эмоций. Я словно потеряла себя, став бездушным объектом. Единственное, что я еще могла чувствовать — теплые брачные нити на своей руке. Тепло от них распространялось по телу, расплываясь маленькими волнами. Это заставляло меня чувствовать себя хоть живой и помнить, что есть в этом мире нить, связующая меня с внешним миром.

Чернокнижник начал спускаться по лестнице, и воздух мгновенно стал душным и тяжелым. Сами пространство будто потяжелело, не позволяя нормально дышать. Будь я в нормальном состоянии, уже начала бы задыхаться, но мне нынешней оказалось абсолютно все равно. Даже сердцебиение не участилось.

Мы спустились очень глубоко вниз. Я сразу почувствовала, что нахожусь под землей. Здесь сыро, темно и не доносятся никаких энергии привычного мира. Раздался скрип двери, и меня обдало потоком черной магии.

Это не сравнится даже с душным воздухом подземелья, потому что теперь я по-настоящему едва не задохнулась.

Неожиданно меня поставили на ноги — резко, порывисто, будто сгрузили мешок картошки. Но я устояла, даже не пошатнулась, будто заколдованная кукла. Отстраненно я наблюдала, как черный маг прошел к алтарю. Равнодушный взгляд скользнул по постаменту со скелетами животных, зацепился за чашу с алой кровью и остановился на распластанном трупе свежеубитого животного.

Не то собака, не то волк — непонятно. Я не испытываю никаких эмоций, хотя где-то мелькает мысль, что нужно кричать от ужаса. Я не могу издать ни звука, да и не хочу. Но тепло на моей правой руке усилилось и начало пульсировать и накатывать большими, ощутимыми волнами. Я лишь отстраненно отметила, что это приятное тепло выступает тонкой защитной мембраной между моим телом и темной энергией, царящей вокруг.