Но сам принц остался стоять на ногах. Он даже не шелохнулся. Только уголок его губ дернулся вниз в ироничной усмешке, когда он увидел, кто вышел ему навстречу из белого пламени.
— Так-так-так, — почти пропел он, лениво растягивая гласные, — а вот и наш адмирал!
Аллард застыл, точно статуя, в нескольких шагах от принца. Окружавшее его пламя утихло, превратившись в голубоватый туман. Но это видимое спокойствие было обманчивым. Внутри адмирала будто сжалась пружина, готовая выстрелить в нужный момент.
— Где она? — выдохнул он, пытаясь нащупать присутствие девушки.
Она была где-то здесь. Совсем рядом. Он чувствовал ее энергетику, очень слабо, но чувствовал. Ее зов обрывался именно в этом месте.
Не упуская из виду Онезиса, он цепким взглядом охватил помещение.
Инга…
В порыве гнева принц отшвырнул девушку на пол, где она и лежала сейчас, неловко вывернув руки и ноги. Длинные волосы закрыли ее лицо, на нежной голубоватой коже светились темные пятна укусов и кровоподтеков. Но главное: она была жива и дышала.
Ее сердце билось, дыхание было почти незаметным, но было.
— Ты пришел арестовать меня, адмирал? — издевательский тон заставил Алларда скрипнуть зубами. — За то, что я осмелился тронуть твою драгоценную ливарри? Или она уже нечто большее, чем ливарри?
Взгляд адмирала потемнел, прикипев к темным пятнам укусов. Стоило Алларду соприкоснуться с энергетикой Инги, слиться с ней, как он почувствовал боль, которая пульсировала в ее теле.
Этого было вполне достаточно, чтобы убить того, кто это сделал.
В этот момент Аллард не думал о том, что его враг — наследник престола. Что верша правосудие, он сам нарушает закон. И даже то, что принц намного сильнее его, осталось за гранью сознания.
Сжав кулаки, он смотрел на обнаженное женское тело и чувствовал, как внутри закипает ярость. Поднимается неудержимой волной. Всепоглощающая, слепая, неистовая, готовая захлестнуть его с головой.
Словно раскаленная, шипящая лава она прокатилась по всем его венам и нервам, разбивая остатки самоконтроля.
Больше не было ничего, что могло бы ее удержать. Сила, которую столько лет держали в узде, вырвалась на свободу.
Аллард вложил всю ярость в первый удар. Раскаленная добела вспышка вырвалась из его рук.
Принц парировал, но покачнулся, невольно отступая назад. Тонкие губы Онезиса растянулись в глумливой ухмылке.
— О, да ты никак решил сам свершить правосудие? — он издал странный звук, похожий на безумный смешок.
