Остается только безвольная оболочка, не способная принять сущность амона.
Да, так было бы проще для всех. Но не для него.
— Ты знаешь, что это невозможно, — отчеканил Аллард, возвращая себе хладнокровие. — Стерев ей память, мы сотрем её личность. Это не так легко, как удаление поверхностных псевдо-воспоминаний.
Лертис позволил себе с облегчением выдохнуть. Амон адмирал не уничтожил его на месте за дерзость, значит, все не так плохо.
— Но иначе вы подвергаетесь слишком большой опасности, — заговорил он, не забывая сохранять почтительный тон.
— Если ее эмоциональный фон уже влияет на вас, то после слияния будет намного хуже.
Аллард на секунду прикрыл глаза, чувствуя правоту в словах Лертиса. Врач слишком хорошо знал его, чтобы нарочно преувеличивать опасность. Или преуменьшать.
— Чем мне это грозит? — спросил он чуть севшим голосом. Никто и не заметил бы, что адмирал Сорн Дайлер колеблется, но сам Аллард чувствовал в себе изменения, и они ему совершенно не нравились.
— Дисбалансом.
Вы знаете это не хуже меня.
Да, и это он тоже знал.
Отвернувшись от собеседника, Аллард уставился невидящим взглядом в темный экто-экран. Там, за потухшей пластиной альбаринтового стекла, находилась его ливарри — женщина, которая может подарить ему полноценных детей, не теркхаев. Он был последним амоном Дома Сорн Дайлер. И сейчас ему предстояло сделать тяжелый выбор: рискнуть собой, практически своей жизнью, чтобы иметь возможность продлить свой род, или оставить эту затею и избавиться от землянки, пока ее пагубное влияние не разрушило его изнутри.
— Сколько у меня времени? — его голос прозвучал глухо и безжизненно.
— Меньше, чем хотелось бы. Скоро придёт плановый тест на стабильность. Если вы его провалите, самое меньшее, что вас ждёт — увольнение.
— Или принудительная стабилизация, — констатировал Аллард без всяких эмоций.
— Подумайте об этом. Девушка очень опасна, она для вас яд. И этот яд уже начал своё коварное действие.
Адмирал молча махнул рукой, показывая, что Лертис может идти.
И тот, понимая, что его амону нужно побыть одному, покинул опустевший отсек.
Оставшись один, Аллард не сразу включил экто-экран. Ему нужно было подумать."
"Он столько раз вступал в бой с превосходящим по силе противником. Столько раз выигрывал в этих боях! Но теперь все победы оказались перечеркнутыми появлением одной дерзкой землянки с волосами цвета красного карлика и глазами глубокими, как Тарианская впадина.
