— Это одежда, которую ты можешь носить только в моих покоях или своих, когда они у тебя появятся, — тон Алларда не изменился ни на йоту. — Но если хочешь выйти за дверь — одевайся.
Ей показалось, или последнее слово прозвучало с угрозой?
Бросив на тарианца выразительный взгляд, Инга с видимой неохотой поднялась на ноги. Медленно, не торопясь, давая ему время насладиться ее совершенным телом, которое едва прикрывала символическая одежда, больше похожая на пеньюар из секс-шопа. Потом потянулась за плащом, не сгибая коленей.
Вибрация в воздухе резко усилилась.
Аллард застыл, сминая в руке какую-то тряпку из нефа. И Инга услышала сдавленный звук, похожий на вздох, который вырвался из груди тарианца.
Она нагнула голову, пряча улыбку.
Что ж, он не такой уж и каменный, как хочет казаться…
Подцепив двумя пальчиками прохладный атлас, она с небрежностью женщины, осознающей свою красоту, набросила его на плечи. Невинно похлопала ресничками в сторону адмирала:
— Так?
Он прочистил горло, прежде чем ответить:
— Почти.
Там застежка под горлом.
Инга округлила ротик в наигранном удивлении:
— Ой, не поможете мне? Боюсь, я не справлюсь…
Тарианец тихо приблизился и встал за ее спиной. Слишком близко. Опасно близко.
Его руки легли ей на плечи.
Инга вздрогнула, ощутив, как от его близости по телу разливается волна томления. Обдумывая план соблазнения, она не учла, что сама может оказаться в роли жертвы! Пришлось укусить себя за щеку, чтобы вернуть ясность мысли.
Аллард не спеша провел пальцами по ее плечам к шее. Услышал, как девушка гулко сглотнула, когда он коснулся ее обнаженного горла. Почувствовал, как сильнее забилось ее сердце. И удовлетворенно сомкнул две половинки фибулы под ее подбородком.
Он видел, что она с ним играет. Понимал, что девчонка что-то затеяла. Но прочитать ее мысли не мог — и это сбивало с толку.
— Это очень легко, — хриплый шепот тарианца заставил кровь Инги прихлынуть к щекам.
Адмирал приподнял ее волосы и небрежно поцеловал в затылок.
Потом надел ей на голову капюшон и повернул лицом к себе.
— Но еще не все, — заявил, поднимая к ее глазам кулак, в котором было зажато что-то вроде густой вуали из тонких серебристых нитей. — Пока я не представил тебя официально своей семье, ты будешь носить схети и асхан серебристого цвета. Потом — золотой.
— Весьма польщена, — съязвила Инга, одаривая его кислой гримасой. В ее плане явно что-то пошло не так.
