Похищенная викингом

"

"— Бьорна взяли, но он не должен был вернуться. Зимой в лесах много голодных волков, лучше им скормить ничтожного человека. — Он покачал головой. — Тебя видели три крестьянина, которые пасли скот. Ты спокойно, даже весело шла в сторону леса, тебя никто не вел насильно, приставив нож к горлу.

— Едва ли мне было весело, ведь я не знала, чего ожидать. Скорее, я была растеряна.

— Хочешь сказать, эти слова — ложь?

— Откуда мне было знать, что он задумал? — раздраженно произнесла Эльфвина. — О Бьорне мне известно лишь то, что он приближенный Рагналла, я не сомневалась, что он пришел по поручению короля.

Если ты забыл, я напомню, что я не одна из вас, только вчера твой король говорил о том, что может с легкостью лишить меня жизни, как только пожелает. А я, Торбранд, стараюсь вести себя тихо и не задавать лишних вопросов мужчинам, которые хотят меня убить. Тебе отлично известно, что совсем недавно этого желали даже два короля, но я, к счастью, пока жива.

Ему не нравилось, как она говорила, а еще меньше обращенный на него взгляд.

— Пожалуй, тебе стоит закончить участвовать в этих играх. Соблюдение хороших манер — прекрасно, но не стоит доходить до глупости.

— Вот как? — улыбнулась она, хотя взгляд был острее кинжала в руке, он хорошо ощутил, как она полоснула им по его лицу. — Значит, мне нужно прекратить пытаться подстраиваться под мужчин, которых на моем пути попадается огромное количество, и каждый настаивает, что я должна подчиняться только ему.

Интересно, какой была бы моя жизнь, если бы после кончины матушки я не решила оставаться со всеми одинаково вежливой и беспристрастной? Если бы опрометчиво приняла решение и встала на чью-то сторону. Выбрала бы путь по собственному желанию, ничего не принимая в расчет. Ответила бы согласием одному из многочисленных женихов. Всего один раз в жизни позволила бы себе поступить так, как хочется.

О ее многочисленных женихах, особенно таким резким тоном, слушать было совсем неприятно.

— О судьбе можешь не думать и не тревожиться. Она найдет тебя, где бы ты ни была.

— В каждом из этих случаев я была бы уже мертва, Торбранд. Меня убили бы за предательство интересов дяди или Мерсии. По той причине, что для всех я была бы олицетворением того, что уже не вернуть. Ты серьезно полагаешь, что могло быть иначе?

— И все же ты не очень стремилась угодить мне, когда твоя жизнь была в моих руках.