Похищенная викингом

Он не боялся ни их, ни людей, но всегда уважительно относился к тому, что нельзя увидеть. Кто, например, построил дом, в котором ему сейчас так спокойно живется? Кости их, скорее всего, уже поглотила земля, по которой он ходил. Ведь никто не откажется добровольно от удобного дома, выстроенного рядом с горячим источником в горах и рекой в долине. Что случилось? Почему дом заброшен, хотя вполне пригоден для жизни? Скорее причина в голоде, который не вынести в зиму, такую суровую, как эта. Возможно, людей выгнал и страх перед набегами, ведь войны нередки в этих землях.

Как бы то ни было, они ушли. Иногда Торбранду казалось, он видит ладони, вытянутые к пламени огня в очаге. Мысли не позволяли забыть, что у всего живого есть конец, не важно, какой он, не всем дозволено покинуть этот мир в лучах славы.

Возможно, не придется и ему.

Сегодня он шел по ветреной долине и думал о далеком острове за морем на западе. Куда ни глянь — пляжи с черным песком и каскады водопадов. Необузданное море выбрасывает вверх волны, похожие на серые стены.

Его пленила эта земля, новая земля. Она не пропитана кровью, не завалена костями. Там нет пепелищ и тянущихся рук. Он старался заставить себя забыть о той земле, но не мог. Тихая жизнь в хорошем доме с послушной женщиной — все, что нужно. Тишина — роскошь, которую непросто получить. Чаще в его жизни были переполненные залы и корабли, до отказа набитые людьми. И никогда такого дома и женщины. Весь мир словно дремлет, в поле зрения ни одного живого существа. Пожалуй, никогда он не спал так крепко, ведь ему не надо было оставаться в готовности защищаться. Никто не собирался нападать на него и этот дом. О его существовании было известно всего нескольким людям. Торбранд с Ульфриком случайно набрели на него прошлой зимой во время похода Рагналла на Йорвик, они с братом отправились вперед, желая оставаться незамеченными по понятным причинам.

Тогда в долине не было никого, кроме бушующего ветра и нескольких птиц.

Он никогда не желал одну женщину так долго, никогда ему не требовалось столько времени, чтобы утолить голод.

Впервые увидев Эльфвину, он решил, что она не из тех горячих и неутомимых. Эта золотоволосая красавица улыбалась ему в моменты экстаза и шептала его имя, как некогда свои молитвы на латыни.

Торбранд хотел умереть в бою, как отец. Их славное имя должно остаться в веках, он должен быть героем для своих сыновей, их сыновей. Бой за боем, удар за ударом он доказывал, что грехом не запятнал род.