Онлайн-библиотека книг
Вулф остановился, пожал руку пожилому, на вид обеспеченному мужчине и минимум десять минут вел с ним непринужденную беседу, после чего шагнул в сторону и продолжил путь из банкетного зала.
Словно почувствовав на себе мой взгляд, Вулф повернул голову и среди сотен гостей нашел меня. Он подмигнул, и губы его не дрогнули, когда он бросился к своей цели.
В жилах закипела кровь. Пока я обуздывала свою страсть к ее спутнику, Эмили удалось уломать моего будущего мужа на перепихон.
Я приросла к полу, сжав руки в кулаки.
Вулф и Эмили предали нас.
Неверность имела вкус.
Она была горькой.
Кислой.
И даже немного сладкой.
Но самое главное – она преподала мне важный урок. Что бы ни происходило между всеми нами, оно больше не было священно. Наши сердца опорочены. Запятнаны. И виновны.
До неприличия непредсказуемы.
И рано или поздно будут разбиты.
Глава пятая
ФранческаНа следующее же утро я вышвырнула шоколад «Годива» в мусорное ведро на кухне.
Обнаруженных на моем телефоне сообщений хватило, чтобы распалить меня. Они были отправлены в ночь после маскарада, в ту самую ночь, когда я силилась не доставать телефон, боясь, что стану умолять Анджело и выставлю себя на посмешище.
Анджело: Не желаешь ли объяснить тот поцелуй?
Анджело: Направляюсь к твоему дому.
Анджело: Твой отец только что запретил мне снова приходить, потому что ты скоро обручишься.
Анджело: Обручишься.
Анджело: И не со мной.
Анджело: Знаешь, что? Пошла к черту, Франческа.
Анджело: ПОЧЕМУ?
Анджело: Причина в том, что я выжидал год? Твой отец сам мне велел. Я каждую неделю приходил и просил о свидании.
Анджело: Это всегда была ты, богиня.
Это было последнее его сообщение.
Прием пищи по-прежнему не входил в мой распорядок дня. Я услышала, как мисс Стерлинг жаловалась на это Вулфу по телефону, когда пробегала мимо в своем цветочном шифоновом платье с запахом, которое все больше висело на моем худеющем день ото дня теле. Тут мой желудок сдался и окончательно перестал урчать. Вчера, когда Вулф был занят с Эмили, я заставила себя проглотить украдкой несколько кусочков хлеба, но они едва ли утолили мое измученное нутро.
