Похмелье

Олег напрягся, но поскольку виновник «аварии» принялся тут же извиняться, удержал в себе готовые сорваться с языка резкие слова.

- Ух, сколько здесь народу! – удивилась Юлька. – И не скажешь, что заведение только-только открылось.

- Пятница… - философски пожал плечами Олег. – К тому же, скоро Новый год.

- Да, наверное, ты прав. Ух, ты! Смотри, какое красивое меню! И буквы такие большие…

- Ну и ну, никогда бы не подумал, что большой шрифт в меню может кого-то порадовать. Разве что подслеповатых пенсионеров.

Может, ты стареешь, а, Юль? – рассмеялся Олег, и тут же осёкся, глядя на изменившееся лицо девушки. – Эй, что случилось?

- Ничего, - занемевшими губами пробормотала та, - я на секундочку отлучусь в туалет.

Юлька быстро встала, осмотрелась и, завидев заветную табличку со стрелочкой, пошла в указанном направлении. Она старалась идти спокойно. Размеренно, не торопясь, чтобы не показать во всей красе одолевающую ее боль. Потому что это чувство было совершенно глупым. Юля не находила ему объяснения.

Почему ее так задели слова мужчины? Не было в них ничего такого, и подавляющее большинство женщин, оказавшись на ее месте, просто бы рассмеялись вместе с ним. Только глупой Юльке было не смешно. Она не была «подслеповатой старушкой». Она была дислектиком. Чертовым, не умеющим читать дислектиком, который до сих пор не смог смириться с собственной участью. Сколько раз она слышала о том, что дислексия не делает ее неполноценной? Что эта особенность не является свидетельством ее глупости, и ничего не говорит о ее интеллекте. Да миллион раз. Только это мало повлияло на Юлькину самооценку, которая упала ниже плинтуса еще в первом классе, и с тех пор мало что изменилось."

"Туалет… Вот, с чем у нее не было проблем ни в одном заведении. Таблички на дверях были очень красноречивыми. На них никто больше не писал «М» или «Ж», да и не возникало бы у Юльки проблем с прочтением букв. Их она знала на память. Трудность у нее возникала только тогда, когда эти буквы приходилось складывать в слова.

Вот тогда в голове возникала полнейшая абракадабра… Усилием воли Юля заставила себя улыбнуться. Для рефлексии было не время, и не место. Помыла руки, посмотрела на себя в зеркало. Ей нравилось, как она выглядела. Не зря мама говорила, что ей идет этот брючный комбинезон. И укладка вышла удачной, и, вроде бы, получилось неплохо подкрасить глаза. Заметил ли он хоть что-нибудь из ее стараний? Или все мимо? Олег никогда не делал ей комплиментов.