Похмелье

Потом отложил в сторону меню и заговорил:

- Юль, я могу прочитать тебе меню. Мне нетрудно.

Глава 16

Юлька замерла. Потом вскинула на Олега взгляд:

- Откуда ты узнал?

- Да, какая разница, Юля? Главное, что ты мне ничего не сказала. Почему?

- Наверное, потому, что не хотела выглядеть цирковым уродцем в твоих глазах! – зло ответила девушка. И эта злость настолько диссонировала с привычным Юлькиным образом!

- Вот как? Я думал, ты обо мне лучшего мнения, – сдвинул брови мужчина. – А оно, вон, что выходит…

- Олег…

- Да ладно.

Имеешь право. Ты меня, по большей части, с дерьмовых сторон знаешь, – прокомментировал мужчина, отбрасывая злосчастное меню.

- Неправда! – повысила голос девушка. - Неправда, - уже тише прошептала она.

- Тогда почему?

- А ты думаешь, легко об этом говорить? Особенно с человеком, который тебе по-настоящему нравится?

- Ты можешь со мною говорить обо всем на свете.

Юлька кивнула головой и отвела взгляд. Его слова дорогого стоили. Они были бесценными для нее, но только ровным счетом ничего не меняли.

- Я, правда, не хочу есть. А если бы захотела, то, наверное, смогла бы прочитать это меню.

- Правда? Нина Васильевна говорила, что ты засела за букварь, и делаешь успехи.

- Так вот, где собака зарыта… - грустно улыбнулась Юлька. - Мама.

- Ну, да… Прости, что так, за глаза. А почему ты раньше этого не сделала?

- Не взялась за обучение? – уточнила девушка и, дождавшись кивка мужчины, рассказала ему свою грустную историю.

- То есть, чтение для тебя – это травмирующий фактор?

Юлька пожала плечами и взялась за кружку с чаем:

- Каждый раз, когда от меня требовалось что-нибудь прочитать, перед моими глазами всплывали не буквы, а лица похитителей, угрожающих мне пистолетом.

Олег сглотнул. Его поздний обед так и остался стоять нетронутым. Кусок в горло не лез. Нужно было, как Юлька, ограничиться чаем, вот только он тогда еще не знал, что им предстоит такой разговор, от которого аппетит пропадет напрочь. В который раз стало безумно стыдно за собственный эгоизм.

Он так долго подпитывался жизненной энергией девушки, не замечая, что ей и самой во многом требовалась поддержка! Юля была такой жизнерадостной, что у него не возникало никаких сомнений в легкости ее бытия. Олег принял это за аксиому, не задумываясь о возможном двойном дне. Убедил себя, что Юлька такая благодаря чему-то, а не вопреки… Он и подумать не мог, с какими трудностями и демонами борется девушка, сохраняя только ей присущий оптимизм.