Среднего роста, худощавая, темные волосы собраны на затылке в хвост, черты лица правильные, но вполне обычные, губы всегда плотно сжаты. Впечатляют разве что глаза, чуть вытянутые к вискам, что-то среднее между эльфийскими и азиатскими. Есть в Анфисе все же какая-то «не пришлая» кровь. А может, и нет…
Я притормозил, заглушил мотор. Выпрыгнул на дорогу, откинул капюшон штормовки и поздоровался с Анфисой за руку. Она сама так всегда со всеми здоровалась. Ладонь у нее было небольшая, но очень крепкая.
― Привет. Чего хотела? ― спросил я.
― Зайди ко мне, вопросы у меня по вчерашней драке, ― ответила она.
Мы вошли в двухэтажное здание околотка мимо сидящего на скамейке караульного, прошли по коридору до глухой массивной двери. Анфиса толкнула ее, и мы оказались в «бабском отделе». Сейчас там никого не было. Анфиса сняла кожаную «комиссарку» с гладко зачесанных волос, бросила на стол, а затем сама же на этот стол уселась, упершись в соседний затянутой в высокий кавалерийский сапог ногой.
― Сашка, расскажи, как вчера там все было, в «Дальней пристани»? ― спросила она.
― А при чем тут твое «бабье царство»? ― Я удивился.
Обычно такими расследованиями другие занимаются, чаще всего околоточный. Все же стрельба, трупы. А ее отдел все больше на кражах да нравственности специализируется.
― Битюгов мне поручил, ― сказала Анфиса. ― Живая-то одна девчонка ― она у нас сидит, в колдовской камере. Убить она никого не убила, сейчас решают, как с ней быть, под суд ее или в административном порядке? Ну и расследование вместе с ней мне досталось.
Так… Интересно. Девчонке достанется по-любому ― что судом, что «в административном». Анфиса ― баба упертая, и у нее есть правило: никаких нападений на стражей законности не прощать. А мне, если честно, девчонку жаль, потому что на самом деле реальной вины я за ней не видел. Она сначала защищалась, а потом просто не узнала урядников с перепугу. Поди узнай в такой кутерьме. Пусть она мне и незнакома и до ее судьбы мне дела нет, но все же…
― И что ей будет? ― спросил я.
Анфиса пожала плечами:"
"― Если до завтра решу дело судье не давать, то будем карать в административном порядке. В понедельник всыплю ей сотню ― и пусть гуляет, куда хочет, если встанет. А что судья решит, если к нему отправлю, ― без понятия.
― Анфис, так не за что ее так… ― вкрадчиво сказал я. ― Несправедливо будет.
― Это с чего? ― поразилась Анфиса.
