Поиграем?

Выглядит он при этом расслабленным и вполне искренним, я бы сказала, даже приятным мужчиной. Все-таки если отбросить все нюансы, готова согласиться не только с Тамарой Николаевной, но и со всем женским коллективом отделения — он очень даже красив. Проблема в том, что он смеется надо мной и это его не красит. Да, мне по-девичьи обидно.

— Что смешного?

— Да так, извини, он реально козий.

— Супер. Знаете, странно, вы совсем не похожи на свою маму.

— Разве? — перестает наконец смеяться и отпивает залпом вино.

Вновь наполняет бокал. — Она была красавицей, папа тоже. И я сочетаю в себе их общую красоту. Бывает же такое.

— Я имела в виду не внешность, и вы это знаете. Вы сказали была, она что… умерла?

— Да, через полгода примерно, после того случая.

— Извините, я не знала. Мы через пару месяцев переехали, с ней тогда все было хорошо.

— Сейчас хорошо, через минуту плохо. Это жизнь, Женя, — Зорин отпивает вино. Вот сейчас мне стыдно за то, что затронула его маму. — А ты?

— Что я?

— Похожа на свою маму?

— Я — копия моей матери.

Вы же это хотите услышать?

— Как она? — игнорирует мой вопрос.

— Цветет и пахнет.

— А если серьезно?

— Я вполне серьезно. Про нее, — тут же уточняю я. — Счастливо замужем уже много лет. А вообще вы мне никто, чтобы я вам что-то рассказывала о себе и своей матери.

— А сестра? У тебя же она была. Ты за нее как-то особо переживала.

— Она у меня и есть, — весьма грубо произношу я.

— И ты по-прежнему с ней общаешься? Любишь ее?

— Конечно, что за вопрос?

— Обыкновенный вопрос.

Не все сестры дружат.

— А я дружу."

"— Это хорошо. Утоли мое любопытство. Представь, что твоя сестра заболевает. Серьезно. И денег ни у тебя, ни у государства нет. У вторых, конечно, есть, но они только о себе думают, стало быть, тебе не дадут. Тебе дадут кредит, ну его хватит разве что на четверть суммы на операцию. И вот тебе предлагают стать девушкой по вызову. Ну скажем, на месяц и вся сумма будет у тебя. Ты пойдешь на это ради сестры?

— Нет, — не задумываясь, отвечаю я.

Понимаю, что это очередная провокация с его стороны и надо было ответить «да», чтобы он от меня отстал, но почему-то не могу.

— То есть ты дашь своей сестре умереть?

— Значит, да. Я спасу ее, но убью себя. Как-то странно выходит. Получается, я та еще эгоистка.

— Убьешь себя? Почему?

— А как я смогу жить нормально после того, как закончу проституточный месяц? Ни уважения к себе, ни выхода из сего ремесла.