Пояс Ориона

Она ждала, что он скажет: хочешь, я куплю тебе такую собаку?

Ничего не дождавшись друг от друга, они попрощались довольно холодно, и Тонечка, которая терпеть не могла так прощаться, тут же перезвонила:

– Саш, – выпалила она, – скажи мне, ты ничего от меня не скрываешь?

– Самое время спросить.

– Саша!

– Страшного ничего, – сказал он вполголоса. – Не придумывай ужасов.

– Да я уже придумала!

Он хмыкнул:

– Расскажешь?

– Конечно! – вскричала Тонечка. – Конечно, расскажу, Саша!

И они опять немого помолчали.

– Как племянник Родион?

– Ничего, пока на ногах держится. Хотя поколотили его крепко.

– Ну, вот именно. Может, вы прямо сейчас приедете, я запру его в номере, и он поспит?

– Тоня, мы приедем через полтора часа.

Тонечка рассказала, что отправляется в лобби-бар караулить Галину Сергеевну, а он – чтобы последнее слово осталось за ним! – сказал, что лучше бы она хоть пару страниц написала.

…Странный человек, думала Тонечка, устраиваясь за столиком. Очень странный человек её муж!.

. Неужели он не понимает, что для того, чтобы написать «пару страниц» или даже «пару строк», в голове должно быть место! Некое свободное, специально для этого расчищенное место, чтобы туда поместились мысли и чтобы можно было их формулировать и выражать. Без свободного места это совершенно невозможно! Сейчас вся её голова – целиком, кажется, и кудри тоже, – была занята странным происшествием в доме Кондрата Ермолаева. Поместить туда, в голову, мысли о героине в лодочном сарае было решительно невозможно, они не вмещались, места нет.

Она заняла позицию так, чтоб было видно входную дверь, попросила кофе, спрайт со льдом и пирожное «картошка». Вздохнула – всё же жизнь так прекрасна! – и открыла книжку про шпионов.

Тонечка страшно любила книжки про шпионов, особенно 50-х годов.

…Как только вернусь в Москву, пообещала она себе, почитав немного, сразу же пойду в тренажёрный зал и начну худеть к весне. Невозможно каждый день есть так, как она здесь наворачивает!.

. Везёт её мужу – он ничего не делает, чтобы «держать себя в форме», а форма держится как-то сама собой. Он весь ладный, поджарый, крепкий, словно из бронзы отлитый. Вот почему некоторым везёт в этом вопросе, а другим вовсе не везёт? Вот Тонечке стоит только посмотреть на пирожное, а уже полкило прибавила!..

Впрочем, некоторым везёт не только в этом, но и во многих других вопросах! А ей, Тонечке, не везёт.

Тут она устыдилась.