Наслаждение накатывает как приливная волна. Пальцы ног поджимаются, а руки вцепляются в простыню. Низ живота сводит болезненно-сладкой судорогой…
Почти в унисон слышу мужской стон и ощущения затапливают, сжигают без остатка. Из всех чувств только одно: желание вжаться всей кожей в этого человека. Быть рядом. Быть одним целым…
Мы лежим на смятых простынях. Я устроилась на груди Дайрена, обвиваю руками его шею, положив голову ему на плечо, и могу лишь молчать в его объятиях.
А еще думать о том, что впервые за очень-очень долгое время я по-настоящему счастлива.
ГЛАВА 31
Просыпаться не было никакого желания. Лежать было тепло и уютно - я была укутана в пушистое одеяло как куколка гусеницы. В теле поселилась странная легкость, нега, отчего тело казалось каким-то чужим. Но по внутренним ощущениям уже давно утро и, кажется, пора вставать. Хотя бы выпить кофе и приготовить завтрак для Дайрена.
Сонно выглянув из своей самодельной берлоги, я осмотрела кровать и спальню. Никого.
Каминные часы на полке показывали девять утра.
Неужели Инквизитор с утра пораньше уехал по делам?.. Все может быть.
Нахлынувшее чувство недовольства заставило повести плечами, а следом усмехнуться: похоже я обнаружила свое тайное желание проснуться утром рядом с мужчиной. Причем с одним конкретным мужчиной.
Прошедшая ночь вновь в красках встала перед глазами, легкой тянущей болью внизу живота напоминая о произошедшем. Не смотря на исцеляющие чары, похоже, не стоило в первый раз так активничать. И во второй… И в третий…
Так, все! Я отбросила одеяло и тут же смущенно завернулась обратно.
Ну да, глупо было бы ожидать, что на мне вдруг окажется целомудренная сорочка или хотя бы то самое неглиже."
"На ванную ушло минут двадцать, но обратно в спальню я вышла уже свежая, в новом синем платье из тонкого хлопка, которое вдруг отыскалось на спинке кресла. Понятия не имею откуда Дайрен его откопал, надеюсь, что это хотя бы не наследство от очередной любовницы.
В гостиной между кабинетом и спальней все еще оставались следы нашего ужина.
Похоже, слуги еще не вернулись в особняк.
Через балконную раму в дневном свете была отлично видна открытая беседка у небольшого паркового пруда. Там я вдруг заметила две мужские фигуры, которые сидели за садовым столиком в тени раскидистой кроны белой ивы. Одна из них точно принадлежала Дайрену, вторая, судя по всему, Рокуэллу Вингардо. И, судя по заваленному документами столу, мужчины проводили что-то вроде выездного совещания.
