Поющая для Луны

Когда вернувшиеся Марина и Алиена Лангран начали наводить порядок в своих землях, именно сюда, в безопасность, отправлялись раненные, и отбитые у мародеров дети и девушки, сюда, как и в земли Лангранов уходили жёны-человечки из семей, созданных ритуалом чёрного отбора.

Временный лагерь постепенно превратился в отдельно стоящие домики, к ним присоединились соседние, образовывались улицы, и через год на месте временного лагеря было вполне себе хорошее поселение. На одном из советов было решено, что это поселение станет основой города.

Сейчас Междухрамье был многолюдным и ярким городом с одной особенностью.

Любому желающему покуролесить в городе, найти себе развлечений за счёт жителей или не приведите боги жительниц стоило сразу разворачиваться в противоположную сторону. Жители здесь такие вопросы решали очень быстро и жёстко. Здесь даже на окраинах было тихо и спокойно, да и привычного деления на зажиточные кварталы и победнее здесь не было.

Лисан и её мужья как раз туда и направлялись. В свое время именно соседи помогли сиротам отстоять дом и лавку пропавшей матери от посягательств непонятно откуда взявшегося компаньона.

А мы останемся на границе земель Лангранов. Даже любопытно было побывать в этих охотничьих угодьях.

Утром и вечером мы тренировались, даже мужья Лисан не отлынивали, хотя из всех только я начал позже всех, даже тот, которого лечила Селена, и тот раньше меня оказался на ристалище. У парней таких проблем не было, они были безумно рады, что сразу из рабства попали к своей рыжей.

Это они на меня смотрели как на законченного идиота.

— Мы думали, что ты из-за пережитого совсем одичал и обезумел. Тут аристократы, воины, маги стоят и выбора, как милости, ждут. — Рассказывал во время одной из первых ночёвок в пути Шарс, один из мужей Лисан. — А выбирают нас! А ты… Слушай, лично хотел подойти и затрещин навешать.

— Зря не подошёл, — отвечал я, — может мозги бы быстрее на место встали. И прощения было бы проще заслужить.

— А ты его типа сейчас что-ли заслуживаешь? — недовольно буркнул Отор, тот которого лечила Селена.

 — По лесу едем, так хоть раз бы жене цветов принесли! Или она, по-вашему, если Лангран, то и ухаживать за ней не надо? Или решили, чего напрягаться, браслет-то и так есть?

На меня словно кружку воды плеснули. Ведь и правда, это Селена то лечит, то спасает, то снова лечит… Еду готовит, гудящие после тренировки мышцы разминает, когда я барсом вытягиваюсь… А мы? А я? Мурчу громко и всё.