Поющая для Луны

Селена предупредила Карела и после этого направилась вслед за хозяйкой поместья в её личные покои. Точнее мы пошли. Естественно, в этот раз ни я, ни Рейгар не оставили Селену наедине с девицей с какими-то непонятными намерениями.

С нами же направилась и Лисан, её мужья решительно шагали следом. Время, потраченное на тренировки с лучшими воинами, дало свои плоды. Парни шли уверенно, расправив плечи, подняв голову. Готовые защищать и защищаться. Рядом с ними вышагивал Альд, не сводящий внимательного взгляда с идущей впереди девушки.

— Прошу вас, можете располагаться, как вам удобнее. — Сама Элиандра встала у окна и обхватила себя руками, словно пытаясь защититься от чего-то непонятного. — Я спрашивала у твоего мужа, Селена, потому что его ответ очень важен для меня. На отборе, я, как и все, должна была сделать выбор. И я выбрала себе мужа.

— Мужа? Не мужей? — уточнила Селена."

"— Нет. Именно мужа. Я почувствовала тягу только к одному мужчине. Действительно голос сердца, о котором рассказывал дедушка.

 — Горькая усмешка скривила её губы. — Думаю, ты не сильно удивишься, если я скажу тебе, что он из освобождённых? Но когда он увидел меня… Версия пробуждения твоего мужа, только в исполнении оборотня-волка. Я вынуждена была держать его под амулетом сна. Помня о твоем муже, я считала, что это необратимые повреждения разума. Но увидев тебя с мужем сегодня… Селена, как избавить оборотня от действия этого зелья?

— Неожиданно! А твой… твой муж и сейчас спит? — удивилась Селена.

Как впрочем, и все остальные, ведь такого предположить никто не мог.

— Нет, но пришлось запереть его в тюремных покоях. Может, осмотришь его? Ты же целитель… — девушка нервничала, но не пыталась спрятать свои эмоции.

— Тюремные покои? — уточнил уже я.

— В каждом роду есть свои тайны. И многие из них грязные и постыдные. Эти покои использовал отец моего прадеда для содержания девушек. — Элиандра сжала губы. — А теперь вот я, собственного мужа.

Она подошла к стене, сделала несколько манипуляций и проколола палец о появившуюся иглу.

И сразу, резная панель отошла в сторону, открывая проход на лестницу. По мере спуска вниз загорались факелы на стенах. Впечатление, конечно, это производило жуткое. Вдруг девушка, ведущая нас вниз, остановилась и жестом попросила нас остановиться и молчать. А сама спустилась ещё на несколько ступеней. Снизу сразу послышался недовольный рев, очень быстро превратившийся в громкий и гневный мужской голос.