Поющая для Луны

Барс давал мне понемногу воли, видно хотел, чтобы я увидел, почувствовал… А я… — Двумя пальцами, стараясь делать это незаметно, он гладил край подошвы моей лёгкой туфли. — Зверь не простил нападения, он не откликается на зов. Только во время сегодняшнего боя, когда почувствовал твою магию, Селена.

Я прикрыла глаза, давая время себе все обдумать. Дядя ещё задавал какие-то вопросы, Дайгир что-то отвечал. А я пыталась справиться с усталостью, болью и своими подозрениями. А потому, просто прекратила этот бесконечный разговор.

"

"— Достаточно, я устала. Дайгир, поверить в твои слова, как бы правдоподобно они не звучали, я не могу. Оставляя тебя рядом, я рискую не только собой, но и своими близкими. — Это было не решением проблемы, а скорее возможностью отложить это самое решение. — До момента прибытия отряда Варлахов, мое намерение неизменно. Но пока, я верну тебе свободу передвижения. Однако, напоминаю, не стоит создавать опасные для других ситуации. А сейчас я хотела бы отдохнуть.

Видя, насколько нелегко мне дался сегодняшний удар силой по нападающим, дядя не стал спорить.

Да и Дайгира аккуратно подтолкнул к выходу. Барс задержался на пороге, оглянувшись.

— Когда я предлагал тебе подтвердить брачную связь после того, как очнулся в твоём шатре, ты сказала, чтобы я запомнил этот момент, и что сама будешь его помнить. — Он немного помолчал, словно успокаивался перед тем, как договорить. — Сейчас я готов на всё, чтобы ты об этом забыла. Я готов снова вернуться туда, откуда меня вытащили во время рейда, и провести там ещё пять лет до следующей встречи с тобой, только ради призрачного шанса заслужить прощение.

Я понимаю, что поверить мне после всего невозможно, и что возможность быть с тобой рядом, которую ты мне подарила, я феерично про… упустил. Но… Но я твой, и без тебя, меня давно бы уже не было. И спасибо тебе, что раз за разом спасала, и что даже после того утра, не отвернулась ни от меня, ни от зверя.

Оборотень выскочил из палатки, словно его кипятком ошпарили, а я со стоном опустила голову на столешницу.

— Совсем плохо? — Раздался тихий голос нага.

— Даже описать сложно. Кажется, любая мысль царапает голову изнутри, а перестать думать не могу. — Призналась, как есть.

— А давай-ка, возьмём немного ягодного отвара и сладких лепёшек, и пойдём к роднику. — Рейгар даже не спрашивал, а ставил перед фактом.

Но у родника, где воздух был свежее и прохладней, головная боль начала утихать.