Пока ангелы спят

– Ты мне не нравишься! Ты чего такой вялый? Ведь за тобой гонятся – не за мной! Надо же делать хоть что-нибудь!

Наташа открывалась мне с совсем иной, чем прежде, стороны – забавной, неожиданной, но довольно-таки привлекательной. Она, оказывается, умеет командовать – и быть резкой.

Я пошел вслед за ней из кухни.

Часы показывали половину одиннадцатого утра.

Розыски Данилова покуда ровным счетом никакого эффекта не давали.

Буслаев как отправился за списками пассажиров, летевших 26 апреля рейсом UN301 в Тель-Авив, так и сгинул.

Варвара с квартиры юного писателишки больше не звонила – видать, докладывать ей было нечего.

Сам Петренко занимался поисками «издателя» господина Козлова.

Чертыхаясь про себя, он лазил в дебрях закрытой компьютерной сети Комиссии, уныло осознавая, что у бойкой, компьютерно продвинутой и молодой Варвары поиск занял бы раза в три меньше времени и сил.

Однако Петренко все ж таки удалось обнаружить, что издательство «Первая печать» в Москве, равно как и в других городах России и ближнего зарубежья, не зарегистрировано.

Не значилось также названия «Первая печать» в списках иных компаний и фирм.

По юридическому адресу: Москва, Большая Дмитровка, восемь, подъезд пять, четвертый этаж – числилась компания «Пятый угол».

Компания «Пятый угол», как выяснил Петренко в ходе дальнейшего поиска, занималась поставками в Россию программного обеспечения. Налоги платила аккуратно, но в явно заниженных размерах. В числе работающих в фирме значилось трое: генеральный директор, коммерческий директор и главный бухгалтер.

«Мерзавцы! – мимоходом подумал о хозяевах «Угла» Петренко. – Явно ведь больше у них на фирме народу! От налога на фонд зарплаты уходят, ворюги! Куда только налоговая инспекция смотрит!»

Он выписал фамилии тех троих, кто официально трудился в «Пятом угле», затем выяснил на них установочные данные.

Каждый из них, кроме бухгалтерши-женщины, мог оказаться таинственным Козловым. Помимо того, там, в этом «Углу» (или «Угле»?), запросто имели возможность трудиться иные, вовсе не учтенные личности – и любой из них опять-таки имел шанс явиться таинственным издателем.

«Вот бардак! – опять выругался про себя Петренко. – При Советской власти такого не было! Каждый сверчок сидел на своем шестке, и все знали, что за сверчок и на каком шестке сидит! Человека можно было найти без всяких компьютеров за пять секунд!»

Что оставалось делать? Подполковник откинулся на старом скрипучем стуле, возвел очи горе и задумался.