Пока ангелы спят

– Она открыла книгу, прочитала: – «И я увидел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее словно бы голосом грома: иди и смотри… И я увидел: и вот конь белый и у сидящего на нем лук, и дан был ему венец, и вышел он, побеждая и чтобы победить…»

– Что это? – вскинулся Алеша.

– «Откровение Иоанна Богослова». Иначе – «Апокалипсис».

Запустил подпрограмму. Ждал, не отходя от компьютера, с нетерпением вглядываясь в экран.

Однако все равно: он решил просмотреть все четыреста с лишком страниц аналитических записок насквозь, подряд, хотя бы даже по диагонали: может, отыщется еще что-то важное.

«Где же, в конце концов, Буслаев? Вечно его нет на месте, когда он больше всего нужен!» – с досадой подумал Петренко. Сергей Александрович и вправду раздражался сегодня сверх всякой меры. Василия под рукой нет, сам он занят – что ему прикажете делать? Подполковник быстренько отщелкал цифры мобильного телефона Варвары – та ответила с квартиры Данилова мгновенно, бодрым и ясным голосом.

– Что нового, Кононова? – хмуро спросил Петренко вместо приветствия.

– Пока ничего, товарищ подполковник.

– Не появлялся объект?..

– Вот вам еще задание. Срочно отыщите мне художника Шишигина. Дайте мне все установочные данные на него. И лично его найдите – не адрес его, а конкретное место, где он сейчас находится, понятно?

– Дальше – ничего! Найдите Шишигина, сообщите мне его местонахождение. И продолжайте заниматься прежним заданием. Как поняли меня?

– Вас поняла, – бесстрастно отозвалась Варвара.

– Передать по буквам.

– Записывайте, – буркнул подполковник.

Продиктовал, положил трубку. Задумался.

Уже без десяти двенадцать, а Данилов, равно как и Козлов (и Буслаев до кучи!), словно в воду канул.

Ничего не оставалось делать, как продолжить просматривание агентурных отчетов.

– «Апокалипсис»?! Ты думаешь, что?..

Я не докончил фразы. Меня вдруг охватили тошнота и головокружение – точно как тогда, перед обмороком у Храма в Иерусалиме.

– Ничего я не думаю, – строго сказала Наташа. – Это может быть случайность. А может быть – шутка. Прикол такой… А может быть – дурь человеческая… Знаешь, как только фирмы у нас не называют!.. Я и название «Стикс» видела, и «Харон»… Пей свой кофе, – добавила она. – Почти совсем остыл. И глупости про Апокалипсис, Агнца и печати всякие из своей головешки выкинь.

Я послушно, в несколько глотков, опорожнил чашку кофе.