Пока ангелы спят

Но сегодня Наталья вполне преуспела в разборках с недовольными – настроение после трех дня стало довольно желчным:

– Ручка у шкафа отвалилась? Сочувствую… А подскажите, кто вам гарнитур собирал? Сами? Да, конечно, сборка у нас в фирме не дешевая… Понимаю, что вы расстроены… Договорчик возьмите, пожалуйста. Взяли? Смотрим пункт шесть «А». Да, в случае самостоятельной сборки фирма никакой ответственности не несет. В суд? Пожалуйста, ваше право. Но я вам не советую. По-человечески не советую. Договор-то подписан.

Шеф, показавшийся из недр своего кабинета, с удовольствием наблюдал за ней.

– Молодец, Наталья. Научилась, наконец. Пора зарплату тебе повышать.

…А Леша ей так и не позвонил. Без пяти шесть она твердо решила: «Ну и черт с ним». Без трех минут подумала: «Может, он просто дозвониться не смог? У нас весь день телефон был занят». Наташа проболталась в офисе до семи. Линия была свободна. Телефон молчал. Позвонила только мама:

– Натусик, ужинай без меня.

– Ладно-ладно, небось с академиком своим коньяки распиваешь, – вяло, без азарта, пошутила Наташа.

Домой ей решительно не хотелось. Даже перспектива приготовить что-нибудь вкусненькое к маминому приходу вызывала искреннее отвращение: «Так и похороню себя на кухне! Всю жизнь у плиты простою!»

Наташа вздохнула. Вытащила из сумочки тетрадный листок, на котором Алексей записал ей свой номер. Набрала семь цифр и закрыла глаза, слушая безнадежные длинные гудки.

Трубку сняли с восьмого гудка.

– Да? – Ей показалось, что Леша или спал, или чем-то напуган.

– Да! Говорите же! – Данилов почти кричал.

Не слишком он вежливый!

Поборов искушение просто положить трубку, она сказала как можно беспечнее:

– Леш, привет. Узнаешь?

Молчание. Он что – просто забыл про нее? Но отступать было поздно.

– Это Наташа Нарышкина.

– Я узнал, – наверное, таким тоном он отвечал, когда ему домой звонила классная руководительница и просила пригласить к телефону кого-нибудь из родителей.

Наталья уже хотела сухо попрощаться, положить трубку и расплакаться, но внезапно тон Алексея изменился. Из испуганного и сонного его голос стал горячим, взволнованным:

– Наташенька, как хорошо, что ты позвонила! Мы можем встретиться?.. Сегодня! И чем быстрей, тем лучше.

Она сказала, стараясь, чтобы слова звучали прохладно:

– Да поздно уже сегодня.