Пока ангелы спят

И еще хочу найти какого-нибудь специалиста по всяким патогенным зонам. Может, ваш двор в черной дыре?

– Интересно, с чего бы, – протянул Алексей. – Раньше-то все нормально было.

– Может, ураган какой пролетел, – беспечно сказала Наташа, отдавая должное сочной говядине с гарниром из брюссельской капусты. Признаться, сегодня сгоревшая береза и самоездящая машина занимали ее гораздо меньше, чем вкусный ужин в компании Алексея.

Но Данилова, похоже, странные события в его дворе до сих пор беспокоили. Наталья внимательно взглянула на него.

– Леш, тебя что-то волнует?

Внезапно его спокойный, с московской растяжечкой голос изменился. Он спросил быстро, как будто боялся, что если помедлит, то у него просто не хватит пороху задать вопрос:

– Наташ, только не обижайся, ладно? И скажи мне правду.

– Я тебя чем-то обидела?

– Нет-нет, что ты! Просто вопрос хочу задать дурацкий.

– Люблю дурацкие вопросы! – поощрила она его.

– Ну, этот супердурацкий. У тебя есть родинка на груди?

Она смотрела на него, широко распахнув глаза.

– Наташа… – мучительно покраснел Алеша.

– Я… я удивилась просто. Откуда ты знаешь?

Алексей тяжело выдохнул:

– Есть. Но как ты… – Она хотела добавить «узнал», но осеклась и тоже покраснела.

– Сон мне приснился. Знаешь, иногда снятся такие сны, как бы это сказать…

Она смело продолжила за него (уже справившись и с неловкостью, и с удивлением):

– Эротические. А в твоем сне была я?

– Ты.

По тому, что Алексей отчаянно покраснел, Наташа поняла, что содержание его сна все-таки было фривольней. Ну что ж поделаешь, не обижаться же из-за этого. Такой сон – это, как говорят в «Черной кошке», комплимент, а не оскорбление. Только вот с родинкой непонятно.

Она растерянно сказала:

Он потерянно опустил плечи:

А дальше сказал совсем уже несуразность:

– Ведь у нас с тобой вчера… ничего?

Наталья покраснела.

– А то ты не помнишь. Сидели, кофе пили. У тебя что – в памяти провалы? Тихо шифером шурша, крыша едет не спеша?

Пожалуй, она была с ним слишком резкой. Наташа выдавила улыбку:

– Слушай, Леш, а, может, ты ясновидящий? Давай с тобой фирму организуем – будем пропавших по фото искать! Алиментщиков. И бандитов.

– Да какой я ясновидящий, – потерянно сказал он. И опять замолчал. Свиная нога остывала в его тарелке.