Пока светит солнце

Всем – по три гранаты, сумки взять не забудьте! Далее. Там же, в кузове, отберете себе форму и обувь по размеру. Примерить, но на улицу в ней не вылезать! Вопросы? Нет? Исполнять!

Через час, опробовав тут же, на ближайшем пустыре, оружие, группа выстроилась во дворе штаба.

– Все готовы?

– Все, товарищ Александр, – ответил Алексей.

– Тогда – в грузовик!

Отъехав от деревни пару километров, машины (а гость ехал в своем «Форде»), остановились у обочины. Здесь уже поджидал их небольшой грузовичок, с сонным водителем за рулем.

Побросав в его кузов излишки обмундирования, бойцы помахали руками вслед быстро уходящей машине.

После этого, франт распорядился построить отделение.

– Значит так, товарищи! Форму, что для вас предназначена, вы уже разглядели. Оружие – тоже. Всем всё ясно?

– Под немцев работать будем? – поинтересовался Левашов.

– Совершенно верно. Под них. Рекомендую тщательно освежить в памяти всё, что вы знаете о порядках в немецкой армии. Я отобрал для этой операции тех, кто внешне имеет шанс быть принятым за немецких солдат.

Поэтому, у вас есть три часа, чтобы подогнать форму, и привыкнуть к ней. Пробегитесь туда-сюда, даже проползите немного – она не должна выглядеть новой. Чистой – да, но не только что выданной со склада. Более подробный инструктаж я проведу чуть позже. Разойдись!

Распустив бойцов, Александр придержал за руку Ракутина.

– На минутку…

Отойдя в сторону, они уселись на придорожный валун.

– Удивлены? – франт вопросительно посмотрел на Алексея.

– Откровенно? Да. И многое мне непонятно.

– Я заметил, как вы на меня смотрите, – кивнул собеседник. – Нам работать вместе, поэтому хочу сразу устранить все неясные моменты. Расставим точки над «i» – я прибыл сюда из Москвы, по личному указанию наркома НКВД. Ваш командир читал мои документы и проверил мои полномочия – звонил своему руководству. Так что, надеюсь, этот вопрос вам понятен?

– Вы знали Сиротина и раньше?

– Заметили? Далеко пойдёте, молодой человек! Да, знал. Причём, достаточно давно.

Он, действительно, является настолько ценным специалистом, что моё руководство санкционировало данную операцию. Как вы понимаете, в ином случае, я бы попросту увез его с собой, невзирая ни на какие препоны. Моих полномочий для этого вполне достаточно. Но, Михаил Владимирович, человек сложный и на службе в нашем ведомстве п о к а не состоит. Более того, формально – он вообще французский гражданин. И что-либо ему приказать – я не имею права.