Покаяние пророков

— Вот, еще мужика бог послал!

— Не занесло вас там, в Холомницах?

— Пообнимай-ка нас, Николаич!

— Лучше бородой пощекочу! — Космач снег отряхнул. — Коль товару продадите. Хватился, а на дворе-то женский день!

— Вы там что. со счету сбились?

— С кем гулять собрался? Уж не с Почтаркой ли?

— Да с кем у нас еще погуляешь? — С трактирщицами следовало быть осторожным, выдадут по простоте душевной. — Как дед заснет, так и пойдем.

Почтарь со своей старухой были конкурентами и магазину, и харчевне, поскольку зимой морозили картошку, квасили ее в чанах, гнали самогон и потом все лето продавали дачникам, которые предпочитали его самопальной водке.

Однажды хозяин мочевой точки взял с собой участкового и пришел и Холомницы на разборку, мол, надо ликвидировать самогонщиков как класс. Участковый предусмотрительно остался за воротами, а фермер смело полез через забор, чтоб открыть калитку, заложенную изнутри.

Молчавшие до того момента кавказцы этого и ждали. Работали они аккуратно: один сразу же сшиб бывшего агронома на землю и потащил к себе в будку.

А второй тем временем не давал участковому перелезть через высокую изгородь.

Освободили его на следующий день при помощи пожарной машины и брандспойта.

Почтарь лишь руками разводил:

— Та я ж и не бачив, шо кобелюка в будку таскае! Ийде вин взяв чоловика? На помойке валявся, чи шо?

Впоследствии фермер отомстил конкуренту жестоко: когда Почтари собрались уезжать на Украину, по дешевке купил у них дом с усадьбой, но возвращение на родину не состоялось (было подозрение, не без его участия), и старики хотели выкупить хату назад.

Тогда он и отыгрался, заломил такую цену, что до конца жизни не расплатиться. И все-таки Почтари самовольно вернулись под свой кров, но жили под постоянным страхом выселения. Фермер мог бы выкинуть стариков на улицу в любую минуту, но удерживало то обстоятельство, что бывшему оуновцу терять нечего, и в следующий раз не собак спустит — возьмется за оружие и живым не сдастся.

К празднику в магазин был завоз, и Космач купил хорошей колбасы, пельменей, копченую грудинку и оливки, а помня вкусы Вавилы, взял виноград, апельсины, два торта, огромный пакет поджаренного арахиса и несколько плиток шоколада.

К спиртному раньше она никогда не прикасалась, но ведь минуло столько лет — на всякий случай прихватил бутылку шампанского.

Продавщица что-то заподозрила.

— Сроду такого и не брал… У Почтарей горилка кончилась?

— А у вас сроду такого и не бывало, — отпарировал.