Поход на пенсию

Непроизвольно мелькнула мысль, что это свои. А иначе ведь и быть не могло. Кто рискнет сунуться к могучему авианосцу самого сильного в мире государства?

Через пару секунд сигнальщик заорал как бешенный. Бинокль выпал из его рук. Прямо на него, пристроившись в хвост «Томкэту» шли два российских самолета–разведчика Су‑24 мр.

«Томкэт» вихрем пронесся мимо сигнальщика, срывая трос аэрофинишера, тормозя своими колесами по мелкорифленой палубе авианосца. Самолет замер на палубе, раскачиваясь из стороны в сторону.

В это же мгновение над головой сигнальщика промелькнули краснозвездные крылья. Грохотом реактивных двигателей на палубе авианосца никого удивить невозможно, но сигнальщик пригнулся, как будто услышал визг падающей бомбы. Вместо бомбы на палубу посыпались белые листы бумаги. Самолеты ушли с набором высоты, отвернув в сторону от курса второго «Томкэта».

Сигнальщик поднял голову, следя за пролетом непонятно откуда взявшихся российских самолетов, и вдруг увидел, что с носа заходят еще два.

Это были истребители–перехватчики Су‑27, которые осуществляли воздушное прикрытие своих самолетов–разведчиков. Американский «Томкэт», который находился еще в воздухе, шарахнулся от них в сторону. Истребители–перехватчики тоже прошли над авианосцем и тоже сбросили листовки. Все, кто находился на палубе, бросились поднимать их.

На листовках красовалась одна и та же надпись: «Привет «Китти — Хоуку» от славной Российской авиации»!

Командир вражеского авианосца смотрел вслед удаляющимся российским самолетам и гневно думал о двух вещах: о том, что в случае внезапного начала войны его корабль уже был бы уничтожен (что было в традициях вечно беспечного американского флота), и о том, что наверняка его снимут с должности за то, что русские в учебных целях смогли прорвать теоретически непреступную противовоздушную оборону ударного авианосного соединения…

Четверо пилотов семьсот девяносто девятого отдельного ордена Александра Невского разведывательного авиационного полка и двое пилотов двадцать второго гвардейского «Берлинского» истребительного авиационного полка откровенно радовались тому, что им удалось сделать.

На родных аэродромах их ждали командиры, жены, дети и ордена.