Похорони Меня Ложью

Удивление пробегает по ее лицу, и ее глаза расширяются, словно она действительно не может поверить, что я согласился на это. Я уверен, что какая-то часть ее души надеялась, что я не соглашусь, чтобы ей не пришлось выполнять свой чертов план.

— Хорошо. Это хорошо.

Она ерзает на стуле, явно чувствуя себя неловко. Внезапно оказавшись здесь в ловушке, не имея другого выхода.

— Ты все равно будешь умолять меня об этом. Я не слишком беспокоюсь.

На этот раз она усмехается.

— Ты, кажется, ужасно уверен в себе.

— Что я могу сказать, я знаю свои активы.

Ее губы сжимаются, и на секунду мне кажется, что она хочет сказать что-то еще, но в конце концов решает этого не делать. Вместо этого она меняет тему разговора.

— Итак, ты познакомился с моими родителями. Уверена, это было весело.

Она смотрит на меня, когда задает вопрос, и наши взгляды встречаются. Все, о чем она хочет спросить, написано у нее на лице. Все, что она хочет сказать, написано в ее глазах.

— Не особенно, нет. Моника и Майкл.

— А чего ты ожидал? — спрашивает она с искренним любопытством.

— Все и ничего, — отвечаю я, сохраняя неопределенность.

Она грустно улыбается.

— Мне кажется, я могу читать между строк. Они избавились от всего, что напоминает им обо мне, не так ли?

Столько эмоций отражается в ее глазах. Она знает правду, и мне даже не нужно давать ей ответ.

— Я не обратил на это особого внимания. Я был там только ради одного. Меня не очень интересовали детали.

— Верно. И ты говоришь, что я здесь единственная лгунья?

Я глубоко вдыхаю, наклоняясь вперед, заполняя ее личное пространство.

— Что ты хочешь, чтобы я сказал, Маккензи? Что они вычеркнули тебя из своей жизни? Что они восхваляют жизнь твоей сестры, а не дочери, которая у них все еще жива?

Словно вспомнив, что мы на публике, она кивает, сдерживая эмоции.

— Мы закончили с этим местом? Мне нужно собрать вещи.

Я вздыхаю и неохотно киваю, потому что мне больше нечего сказать.

Маккензи гораздо более сломлена внутри, чем когда-либо показывала, и после моего визита к ее родителям я начинаю понимать, почему.

Я чувствую, как неодобрительный взгляд Кэт сверлит мою спину, когда я заканчиваю собирать вещи. Она молча смотрит на меня с тех пор, как я вернулась домой после ужина. Глубоко вздохнув, я поворачиваюсь к ней лицом, уже чувствуя тяжесть своих решений.