Похорони Меня Ложью

В тот момент, когда к нему приходит понимание, его глаза вспыхивают от страха, краска отходит от лица.

— Срань господня, — задыхается он. — Мэдисон?

Я смеюсь, свободно входя в комнату. Кажется, он слишком пьян, чтобы стоять на ногах, не говоря уже о том, чтобы причинить мне боль.

— Попробуй еще раз, придурок.

Его губы сжимаются в мрачную линию, ярость проникает в самое его существо.

— Маккензи, — почти выплевывает он.

— Какого хрена ты здесь делаешь, сука? —он невнятно бормочет, опрокидывая в себя остатки алкоголя.

— Ищу ответы. — я пожимаю плечами.

Он встает, и мой живот сжимается, все еще не уверенная в нем.

— Знаешь, это все твоя гребаная вина. Ты все испортила. Почему не могла просто держаться подальше?

— Не я солгала, что нашла мою мертвую сестру в лесу, ублюдок.

— Это была не моя идея! Откуда мне было знать, что они так с ней поступили!

Мое сердце останавливается, и я делаю шаг вперед, чувствуя, как пол сдвигается под моими ногами.

— Что ты только что сказал?

— Только не говори, что веришь, будто они действительно наткнулись на ее тело, и все? Из-за тебя и этих двух придурков я потерял все.

— Твоя семья богата, ты, гребаный избалованный мудак.

— Моя семья обанкротилась! — рычит он, спотыкаясь в мою сторону. — The Kings это все, что у меня было. Доход, который мы делили с этого, на это я жил. Без клуба у меня ничего нет.

Я с трудом сглатываю от ярости, кипящей в его глазах.

— Это не моя вина. Все, чего я когда-либо хотела, это правды. Я ни о чем не просила.

— Да, просила! — он дергается вперед, его рука цепляется за мою хватку, когда он пытается притянуть меня к себе. Я стряхиваю его руки. Страх змеями пробегает по моему позвоночнику, сердце колотится в груди. — Эта маленькая статья, которую ты написала, нагнула всех нас. Думаешь, что кто-то хочет, чтобы мое имя и фамилия ассоциировалась с чем-нибудь после такого? Все наши фамилии? Единственный человек, который выжил без единой царапины, это Баз, но я уверен, что именно так ты и планировала это, не так ли? — кипит он.

Моя спина сталкивается со стеной, и я паникую, понимая, что мне больше некуда идти. Я недооценила его и его гнев.

Трент загоняет меня в угол, прижимаясь своим телом к моему, все сто восемьдесят сантиметров нависают надо мной.