Похорони Меня Ложью

Доктор поджимает губы и кивает, что-то записывая в блокнот.

— Прекрасно. Не могли бы вы рассказать мне, что произошло в ночь аварии, Маккензи? Вы многое помните?

Я замолкаю, не зная, стоит ли ей все рассказывать. Последнее, что мне нужно, это чтобы меня держали здесь вечно. Чем менее сумасшедшей я кажусь, тем меньше шансов, что они удержат меня здесь против моей воли.

Она протягивает руку, между нами, успокаивающе поглаживая гипс на ноге.

— Вам не о чем беспокоиться. Нам просто нужно убедиться, что вы помните о произошедшем.

Мы пытаемся сложить кусочки воедино, и нуждаемся в вашей помощи. Вам нечего опасаться. Это безопасное место.

Я прищуриваюсь, боясь ее и медсестер, толпящихся у двери. Как будто они просто ждут в сторонке, что я скажу что-то не то, прежде чем наброситься на меня и привязать обратно. Я зажимаю нижнюю губу зубами и жую ее, не зная, говорит ли она это просто так, чтобы у них появилась причина держать меня здесь, или действительно имеет это в виду. Я уверена, что это первый вариант, поэтому лгу.

— Я почти ничего не помню. Помню только то, что в одну минуту я была в машине, а в следующую мы уже катились с обрыва.

— Верно. Итак, вы сказали «мы». Вы имеете в виду Винсента Хоторна, так ведь? Человека, с которым вы находились в упомянутой машине.

Я замираю, мои глаза слегка расширяются от того, как много она знает. Откуда, черт возьми, она знает, с кем я была? Долбанные полицейские отчеты. С того последнего дня, когда я очнулась в больничной палате, мне еще ни разу не приходилось разговаривать с властями.

Уверена, что именно из-за своих слов я оказалась здесь. Этого оказалось достаточно, чтобы они оставили меня в покое, по крайней мере сейчас.

— Я... э-э... да. Да, я была с Винсентом, — бормочу я.

Она записывает что-то еще, потом выжидающе смотрит на меня.

— Вы помните, почему последовали за ним в его родной городок?

Я качаю головой, чувствуя необходимость очистить свое имя.

Она задумчиво хмурится.

— Вы чувствовали себя загнанной в угол? Словно у вас были причины его бояться?

— Да! — выпаливаю я, повышая голос.

— Он был опасен! Он опасен.

— Если он был так опасен, почему вы позволили ему сесть в вашу машину? Зачем поехали с ним? Вы были злы? Поэтому и съехали с ним с обрыва?

— Что? — я недоверчиво усмехаюсь. Моя грудь тяжело вздымается, пока я пытаюсь сдержать свой гнев. — Нет. Нет, вы все неправильно поняли. Он пытался убить меня. У него был пистолет, черт возьми! Это единственная причина, по которой я села с ним в машину.