Похорони Меня Ложью

Вам могут сегодня снять этот гипс. — она похлопывает по громоздкому гипсу на моей правой ноге. — Вы должны радоваться.

— Я буду радоваться, как только выберусь из этой дыры.

Везя меня по коридору, мы останавливаемся в главном зале, где кучка других пациентов в настоящее время наслаждается своим подобием свободы, пока она разговаривает с одним из охранников, который отвечает за наш доступ к лифту, который доставит нас на следующий этаж. Ожидая, пока она закончит разговор, я бегло оглядываюсь вокруг, рассматривая пациентов.

Вглядываясь в лица окружающих, я пытаюсь разглядеть одного из Дикарей. Потому что в глубине души я знаю, что это был он. По какой-то причине он был здесь, и я почти уверена, что это было ради меня.

Один человек особенно бросается мне в глаза, женщина, наблюдающая за мной. Она пожилая, хрупкая женщина с волосами цвета соли и перца. Она тасует колоду карт в руках, не сводя с меня глаз. Дрожь пробегает по моему позвоночнику.

— Не беспокойся о ней. Это Костас, королева таро больницы.

Я бросаю взгляд в сторону голоса, натыкаясь на женщину, немного тяжеловатую, с платиновыми светлыми волосами и глубоко посаженными зелеными глазами.

Кажется, на ее лице навсегда запечатлелась угрюмая гримаса. Она пугает. Я не собираюсь лгать. Она из тех женщин, которых не стоит злить в реальной жизни, потому что, скорее всего, она раскачает твое дерьмо одним ударом. Я в этом уверена.

Мой желудок сжимается, понимая, что это та же самая женщина, которая смотрела на меня в последний раз, когда меня везли сюда.

Она выглядела сердитой, будто хотела оторвать мне голову. Я сказала себе, что буду держаться от нее подальше, во избежание каких-либо проблем, но, очевидно, это не сработало.

— Ты только что сказала королева таро? — спрашиваю я, стараясь сохранять спокойствие.

Может, она не так плоха, как я сначала подумала. Я оглядываюсь на пожилую женщину, которую, по-видимому, зовут Костас.

— Ага. Она очень интересный персонаж.

Я собираюсь спросить, что она имеет в виду, но один из докторов встает, между нами, сердито глядя на женщину.

Я чувствую, как Стефани цепляется в ручки инвалидного кресла позади меня, очевидно, закончив разговор.

— Возвращайся к своему столу, Джонс, или я попрошу кого-нибудь отвести тебя в твою палату.

Она ухмыляется ему, наслаждаясь, как он приходит в бешенство. Подняв руки в знак капитуляции, она встречается со мной взглядом, и ее ухмылка медленно рассеивается.

— Увидимся, Маккензи, — кричит она мне вслед, когда меня увозят.