Покоренная судьбой

— Я знаю свои ограничения. И я не могу оставить Невио.

— Невио будет в порядке. — Когда я с сомнением посмотрела на нее, она добавила: — В конце концов. Невио сражается со своими собственными демонами, с которыми даже ты не в состоянии бороться. Если ты действительно любишь Амо, ты не должна отпускать его слишком быстро .

То, что я чувствовала к Амо, было великолепно и ново, но в этом и заключалась проблема. У меня не было времени все обдумать. Слишком многое было поставлено на карту, чтобы принимать решение в мгновение ока.

Для решения, которое нам предстояло принять, нужна была абсолютная уверенность. Я не могла просить Амо отказаться от всего, пока не была абсолютно уверена в своих чувствах. Что, если через шесть месяцев я решу, что новизна прошла и что, хотя я ненадолго влюбилась, я не люблю его? Он не сможет исправить то, что произошло к тому времени. Он бы слишком много потерял.

Я не хотела, чтобы это бремя легло на мои плечи. Я не могла нести его. У меня не было опыта в любви, так как же я могла принять взвешенное решение с минимальным риском, особенно если последствия могли быть ужасными?

— Некоторые вещи нельзя измерить или оценить, Грета.

И в любви всегда есть доля неопределенности. Ты должна позволить себе упасть.

Я улыбнулась, потому что мама знала меня лучше, чем я думала. И я понимала ее доводы.

Позволить себе упасть, когда я рискую ввергнуть в пучину многих других, для меня было не вариант.

— Ты никогда не жалела о том, что оставила свою семью?

— Я знала, что это был правильный выбор для тебя и Невио.

— А ты бы тоже уехала, если бы у тебя не было нас?

Мамин взгляд переместился на папу, который все еще дискутировал с Нино и теперь с Фабиано.

— Может быть, мне потребовалось бы больше времени, чтобы смириться с моей любовью к твоему отцу, но я уверена, что в конце концов я бы ушла к нему.

Мамина семья не пыталась вернуть ее. Я не могла представить, что моя отреагирует так же. Если отец мог принять любовь как причину, то Невио — нет.

Для него любовь была сложна для понимания.

Для него преданность и любовь существовали только в связи с нашей семьей, а не за ее пределами. Все, кто находился за пределами нашей семьи, были для него несущественны. Он был похож на собаку-сторожа домашнего скота. Щенков рано знакомили со стадом или семьей, которую они должны были защищать. Все, с чем они росли, попадало под их защиту, все, с чем они сталкивались позже в жизни, было потенциальной угрозой.

— Знаю, что вы с Амо не знакомы.