Покоренная судьбой

После того, как мы высадили Фальконе в гостевом доме, мы с папой поехали к моим родителям чтобы подготовиться к предстоящей завтра встрече.

— За эти годы я пережил много тяжелых времен, но это превосходит все.

Я перевел взгляд с дороги. Папа, казалось, постарел на несколько лет за последние несколько недель. Его руки, обхватившие руль, были белыми от давления, которое он на него оказывал.

— Знаю. Все вышло из-под контроля. Спасибо, что согласился с моим решением остаться рядом с Гретой в последние пару недель.

— На самом деле ты не оставил мне выбора.

Отец глубоко вздохнул и повернул на улицу, где находился особняк. — Официально Невио убил твою жену. На бумаге она все еще была твоей женой, Амо. Мы еще не объявили об этом официально. Но кто-то видел его в городе, и Крессида исчезла.

— Мне не следовало жениться на ней, тогда бы ничего этого не случилось. Я никогда ни о чем больше не буду жалеть.

Отец кивнул, удивив меня. — Если бы я знал степень твоей связи с Гретой, я бы никогда не настаивал на этом.

— Я должен был стоять на своем и отказаться, но я так хотел стать Капо, что был готов на все, только потом я понял, что не могу жить без Греты.

Отец припарковал машину перед домом. Два охранника сидели в черном лимузине перед ним. — Если мы договоримся о перемирии с Каморрой, нам придется дать нашим людям объяснение, почему.

— Я готов дать им правду, потому что они все равно все поймут, когда я женюсь на Грете.

Отец мрачно улыбнулся. — Я боялся, что ты женишься на ней.

— Я женюсь. Ничто в этом мире не остановит меня. Ни ты, ни Фальконе. Грета будет моей.

Отец со вздохом откинулся на сиденье, провел рукой по волосам, выглядя усталым.

— Это может разрушить Фамилию.

— Ты можешь отречься от меня за то, что я с Гретой, — сказал я, хотя слова причиняли боль, но ничто не могло причинить такую боль, как мысль о том, что я потерял Грету, что мы потеряли часть нашего будущего, и увидеть лицо Греты, когда она поймет, что произошло.

Папа коснулся моего плеча.

— Некоторые не поймут.

Папа кивнул. — Мы постараемся убедить их. А если это не удастся, мы поступим так, как поступали всегда. Наше слово — закон, и они либо подчинятся, либо умрут.

Это будет не так просто, но за то, что отец готов рискнуть в этой битве, я был ему бесконечно благодарен. Я обнял его.

— Но я никогда не прощу тебя за то, что ты стал семьей Фальконе.