Покоренная графом

Моя жизнь посвящена размышлениям о вещах, кои мы не можем ни видеть, ни слышать, ни попробовать на вкус, ни потрогать – о вещах, которые не могут быть доказаны научными методами.

– Но сэр, а как же проклятие?..

Викарий улыбнулся.

– Милорд, я не верю в ведьм и магию, но точно знаю: человек может сам создать себе проклятие.

– Боюсь, вы меня запутали, сэр.

– Подумайте хорошенько, лорд Эванс. Двести лет назад отчаявшаяся женщина набросилась с гневными обвинениями на мужчину, сделавшему ей ребенка, а затем исчезла.

Все говорили, что она утопилась. Скажите, как мог тот мужчина искупить то, что сотворил?

Граф пожал плечами.

– Никак, наверное…

Викарий кивнул.

– Да, верно. А как бы вы себя чувствовали, если были бы тем мужчиной?

Алекс мог бы сказать, как сейчас себя чувствовал: был в ярости от одной лишь мысли о подобном.

– Сэр, я бы ни за что себе такого не позволил.

– Может, и так. Но все-таки представьте, что это случилось. Как бы вы себя чувствовали?

Алекс поморщился. Мысль была ужасающей.

– Останься у меня хоть капля чести, я бы, разумеется, чувствовал себя виноватым.

Викарий опять кивнул.

– Я так и предполагал. Сокрушительная вина, отделаться от которой невозможно. – Он взглянул на графа. – Вы бы почувствовали себя проклятым, верно?

Алекс в растерянности заморгал.

– Пожалуй… да.

– И, возможно, вы бы подумали: раз женщина и дитя погибли, то и вы тоже не заслуживаете жизни. И уж точно не заслуживаете счастья.

– Д-да, полагаю, вы правы.

– О боже… – пробормотал вдруг викарий.

 – Идут сестры Болтвуд. Просто улыбнитесь им и поклонитесь, а потом, несмотря ни на что, продолжайте шагать дальше.

Алекс повернул голову (до сих пор он смотрел только на викария) и увидел двух седовласых дам, выходивших из лавки, причем рты их уже раскрылись…

Викарий поднял руку, даже не замедлив шага.

– Прошу прощения, нет времени задерживаться, – пробормотал он.

Оставив позади пожилых дам, мужчины перешли дорогу и направились к гостинице.

– Во что я, безусловно, верю, – проговорил викарий, когда они уже входили в гостиничный двор, – так это в слова великого поэта Вергилия: «Omnia vincit amor» – «любовь побеждает все».

Я уверен, что герцог с моей дочерью очень друг друга любят, поэтому не беспокоюсь за них. – Он хлопнул своего спутника по плечу. – А теперь давайте отыщем его побыстрее.

Они подождали снаружи, пока конюх не вывел к ним коня графа и тележку, запряженную пони, а затем отправились в путь.